— Надеюсь, вы не станете судить меня слишком строго. Мой муж был старше меня почти на тридцать лет и все время болел. Чарлз был вдовцом, старше меня, но он был невероятно очаровательным. В нем было столько жизни, сколько я не видела ни в одном мужчине.
— Мне он тоже очень нравился. И вряд ли я могу осуждать вас, Джулиана, ведь и у меня самого было несметное количество друзей-женщин.
— Я слышала об этом.
— Так вы были близки с Чарлзом. А как насчет Мартина?
— Я встречалась с Мартином несколько раз на протяжении нескольких лет.
Но интересоваться мной он начал тогда, когда я приехала в Лондон.
— И вы тоже были заинтересованы в нем?
— Нет. — Она изящным движением поднесла бокал к губам и сделала глоток. — Я была с ним любезна, не более. Потом и наши с Чарлзом дорожки разошлись. Мой муж умер тремя годами ранее. По окончании траура мне открывались большие перспективы. Чарлз же был из тех мужчин, которые прекрасно это понимают.
— А Мартин?
— Мартин оказался высокомерным дураком. Я неоднократно говорила ему, что он меня не интересует, но он и слушать не хотел.
Он ревновал к Чарлзу, хотя я постоянно твердила ему, что между нами все кончено.
— Думаете, Мартин мог обозлиться до такой степени, что убил своего брата?
— Не знаю. Я не знала Мартина настолько хорошо. Как я уже сказала вам, я была с ним вежлива, но только потому, что обожала его брата, однако сверх этого он не интересовал меня.
Рул поставил пустой бокал на стол и поднялся с дивана.
— Спасибо, Джулиана, за вашу честность.
И за то, что верите в мою невиновность.
Она отставила свой бокал с хересом и подошла к нему так близко, что он мог почувствовать аромат ее духов. Она опустила ладони на лацканы его сюртука.
— Мне нет никакого дела до Мартина Уитни. Но вы, Рул, другое дело.
В его голове эхом зазвучал набатный колокол. Он схватил ее за тонкие запястья, которые уже обвивали его шею, и очень осторожно освободился от их плена.
— Вы свободны, Джулиана. А я нет. Если бы обстоятельства были несколько другими, уверяю вас, я бы удовлетворил ваши интересы.
А обстоятельства были таковы, что он был женат на женщине, которая завладела его сердцем.
Руки Джулианы опустились.
— Вы уверены, что поступаете правильно?
Странно, она была так хороша, а он ни на минуту не усомнился в своих словах.
Она отошла на шаг назад, на губах ее заиграла улыбка уверенной в себе женщины.
— Вы только что поженились. Пройдет время, и, возможно, что-то изменится.
Может, и так.
