Уитни повернулся к Вайолет:
— Миледи?
— Моему отцу понравился бы человек с таким характером, как у вас, возглавивший компанию, которую он создавал с таким трудом.
После встречи, в ожидании принятия решения о реинвестировании прибыли от продажи компании, Вайолет решила свести дневной баланс. Она взяла домой информацию о новых проектах и теперь сидела в гостиной с разложенными перед ней бумагами.
Она была поглощена изучением коммерческого предложения от железнодорожной компании, пути которой соединяли Лондон и Йорк, когда в дверь легонько постучали.
По стуку она узнала дворецкого.
— Что случилось, Хэт? — спросила она, когда дворецкий открыл тяжелые деревянные створки.
— Миледи, ваша кузина… миссис Баркли желает видеть вас.
«Миссис Баркли» звучало как-то непривычно.
— Пожалуйста, просите ее.
Вайолет не знала, то ли волноваться, то ли радоваться приходу кузины, которая недавно стала молодой супругой.
Один взгляд на выражение лица подруги дал ответ на все ее вопросы.
— О Боже мой, что случилось?
Кэролайн села на диван возле Вайолет, достала из ридикюля платок и поднесла его к глазам.
— Лукас ненавидит меня. А я говорила тебе, что все так и будет.
— Ушам своим не верю.
Вайолет поднялась и потянулась к колокольчику, чтобы принесли чай, который так необходим был в данную минуту ее кузине. Но едва она прикоснулась к шнурку, как услышала громыхание тележки с чайным подносом в коридоре и улыбнулась.
Хэтфилд был просто золото, а не дворецкий.
— Спасибо, Хэт!
Она подождала, когда он подкатит тележку поближе к дивану и тихо исчезнет из гостиной.
Вайолет налила чай в две фарфоровые чашечки, радуясь, что она наконец-то привила себе нужные для чайной церемонии манеры, необходимые в стране, которую она называла своим домом, и подала одну из них Кэролайн.
— А теперь возьми этот горячий напиток и расскажи мне, что произошло."
"Кэролайн сделала маленький глоток, но ее лицо все еще оставалось бледным, так что Вайолет подумала, что, может быть, стоило предложить кузине что-нибудь покрепче.
Кэролайн судорожно вздохнула и медленно выдохнула. Она чуть ли не уронила чашечку, и та со звоном упала обратно на блюдце.
— Ничего. В том-то и дело, что ничего.
— Боюсь, что ничего не понимаю.
— Если не считать того маленького поцелуя, который подарил мне Лукас перед алтарем, он не прикасался ко мне. Я его жена, Вайолет, но он не хочет меня.
Она всхлипнула.
— Не глупи! Конечно, он хочет тебя. Ведь именно из-за этого вы двое и попали в такую передрягу.
