Изловчившись, Рис внезапным рывком сбросил противника на землю и, оседлав его, нанес тяжелый удар в лицо. Продолжая драться, мужчины катались по земле. То один, то другой попеременно оказывался сверху.
Краем глаза Рис заметил, что Элизабет подошла ближе.
— Не подходи! — крикнул он, моля Бога, чтобы она не подверглась опасности.
— Ах ты, ублюдок, я убью тебя!
Оседлав Риса в очередной раз, Холлоуэй отчаянно обшаривал руками землю у его головы, пока не сомкнул мясистые пальцы вокруг рукоятки пистолета. Рис схватил его за толстое запястье, и борьба возобновилась с удвоенной силой.
Мейсон крутанул барабан и попытался навести ствол на Риса. Он был сильный, как бык, и Рис почувствовал, что постепенно уступает противнику. В этот момент он увидел, как Элизабет ринулась на Мейсона, и его сердце сжалось с такой силой, что он не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. В следующий миг Элизабет взмахнула сумочкой и ударила Холлоуэя по руке, изменив направление ствола. Пистолет выстрелил, наполнив двор громом разряда.
Взглянув вниз, Рис заметил на своем сюртуке кровь и подумал, что ранен.
Но, сбросив с себя тяжелое тело Мейсона, он понял, что тот не просто неподвижен — он мертв. Свинцовая пуля вошла Мейсону прямо в сердце. Его глаза были открыты и смотрели в черное ночное небо, но уже ничего не видели.
— Рис! — Элизабет метнулась к мужу. Покачиваясь, он поднялся. Еще не восстановившаяся до конца нога пульсировала болью. Элизабет приникла к его груди. — Рис!
Он провел ладонью по ее щеке.
— Я в порядке. Холлоуэй мертв, а я… цел и невредим.
— Он стрелял в Ван Меера. Он хотел… хотел убить тебя.
Рис обнял ее.
— И вероятно, убил бы, если бы не ты.
— Монтегю передал тебе мою записку?
Рис кивнул.
— К-как ты узнал, что Мейсон здесь?
— Я заметил его впереди, когда ехал сюда. Я видел, как он свернул в проулок за домом, и последовал за ним, но не успел догнать, чтобы помешать ему выстрелить.
Рис чувствовал, как она дрожит от страха, и обнял ее еще крепче.
— Все будет хорошо, — сказал он успокаивающе, не выпуская ее из своих объятий.
"
"Ему нужно было держать ее вот так, крепко прижимая к себе, чтобы окончательно увериться — теперь жизни ее ничто не угрожает.
Сделав глубокий вдох, он чуточку ослабил руки.
— Все в порядке, но нам нужно позаботиться о Ван Меере.
Элизабет кивнула. Рис посмотрел на нее и увидел на ее прелестных бледных щеках слезы.
— Я так испугалась. Я… я боялась, что он тебя убьет. — На дрожащий подбородок скатилась новая слеза. — Я люблю тебя, Рис.
