Хотя, скорее, это я поцелуй замаскировала якобы секретом, потому что девчонкам уже было абсолютно все равно, спасут Доменико или оставят страдать над учиненным беспорядком вечно.
Дракон долго смотрел нам вслед. А вот пошел ли спасать Доменико – история умалчивает. В конце концов, отбор закончился, а противостояние двух драконов-то – нет.
Эпилог
– И жили ведьма с драконом долго и счастливо. И появились у них маленькая принцесса и маленький принц, которых они очень сильно любили. А теперь, – я закрыла книгу и мягко коснулась ночника, приглушая свет, – вам пора спать.
Завтра долгий день, нужно быть бодрыми.
– Папа будет учить нас летать? – сладко зевнула Габриэль.
– Да, а мама будет вас рисовать. Полетим на водопады, там очень красиво.
– А почему ведьма влюбилась в дракона? Папа говорит, любви с первого взгляда не бывает!
– Понимаешь, – я взглянула в окно, где затихали всполохи заката, – дракон полюбил ведьму такой, какая она есть. С ее рисунками. С ее огромным желанием творить. Он показал ей красоту своего мира, воплощал ее идеи, превращал рисунки в прекрасные украшения.
Дракон любил ее рисунки и покорил ведьму любовью не только к ней, но и к ее таланту. Это очень важно – любить человека, какой он есть. Не ломать и не обижать его, а поддерживать, развивать таланты.
– Папа тоже любит тебя и твои рисунки?
– Папа любит и маму, – отозвался Верн, неслышно появившийся в дверном проеме, – и ее рисунки, и вас.
– И наши рисунки?
– Конечно.
– Папа не будет злиться, если я брошу виолончель?
– Нет, милая, папа не будет злиться.
Мы любим вас, чем бы вы ни занимались и кем бы ни захотели стать.
– Даже если я буду балеруном? – спросил доселе молчавший сын.
Мы с Верном переглянулись. Клянусь драконьей матерью, на лице мужа отражались все его душевные терзания! Сейчас он наверняка представлял, как его сын, вместо того чтобы продолжать семейное ювелирное дело или представлять программу мэра Драконьего Города, скачет по сцене в обтягивающих колготках.
Встретив мой умоляющий взгляд, муж вздохнул.
– Да, сына. Даже если ты будешь балеруном.
– А теперь спать. Завтра долгий день.
Когда я вышла из детской, Верн не удержался и по-мальчишески дернул меня за косу.
– Топазик-Топазик, а пойдем ночью на озеро?
– И что мы там будем делать? Лягушек через трубочку надувать, как вы в прошлый раз с Доменико детей развлекали?
Верн смущенно закашлялся, мигом вспомнив тот скандал. Ну да, мужа иногда заносит. Порой мне кажется, что эта ящерица не наигралась в детстве.
