– Может быть, она что-то натворила? – высказала здравую мысль Анна, но Валина и Фелисия от нее отмахнулись. А мы с Лекси лишь загадочно переглянулись. Пожалуй, я даже рада была, что история с топазом не получила огласки. Что-то не была уверена, что мне посочувствуют.
– Пойдешь после ужина в сад? – спросила меня Лекси, ковыряя ложечкой десерт, но я покачала головой.
– Нет. День был тяжелым. Не хочу.
«А еще я уже обещала прогулку кое-кому другому», – подумала я, но вслух ничего не сказала. Впрочем, и топаз мне еще не вернули.
Но, возвратившись в комнату к любимым холстам, кистям и краскам, я обнаружила кое-что очень интересное. На туалетном столике стоял мой топаз, а чуть в стороне лежала записка. «Жду в девять у серверной арки». Поверх записки я обнаружила бледно-кремовую розу на длинном стебле.
Я осторожно взяла ее в руки, вдохнула сладковатый аромат и почувствовала, что улыбаюсь, как идиотка. А ведь вечер еще не начался.
* * *Я застыла перед шкафом, не зная, что надеть.
Щеки горели, и как бы я ни пыталась убедить себя в том, что прогулка ничего не значит, на самом деле я чувствовала совсем другое. И это волновало. Я же за дракона замуж собралась! Только вот… я представляла, как можно восхищаться большой чешуйчатой ящерицей, представляла, как его можно уважать. Но любить? Нет. Это же просто противоестественно.
Пожалуй, только сейчас всерьез задумалась, а смогу ли я действительно стать женой дракона? Лишить себя любви и романтики? «Смогу», – решила я, бросив взгляд на краски.
Если дракон мне позволит заниматься любимым делом, обеспечит комфортную жизнь и безопасность, я смогу его уважать и отказаться от любви. В конце концов, я и не знаю, что это такое.
А сейчас просто пойду гулять, потому что обещала, а то, что платье так долго выбираю… Ну и что? Любая девушка хочет быть красивой и совсем не обязательно для какого-то мужчины. Вполне возможно, просто для себя.
Сама не заметила, как начала напевать себе под нос веселую песенку, настроение было радужным.
Я выпорхнула из покоев и отправилась в сад. Кажется, пернатый вредина учуял, что я иду, издалека и начал надсадно орать «Мама!» на весь сад. Стало его дико жалко, но я помнила, что обещала, поэтому постаралась не слушать страусиные вопли и идти дальней от вольера тропинкой. Метлу я тоже во избежание оставила в комнате. Имею же я право, в конце концов, погулять в гордом одиночестве?
Нагос уже ждал меня в условленном месте.
