Куда ушла паника? За последние пятнадцать лет я привыкла, что она меня никогда не оставляет. И не щадит.
Отстранившись, босс пристально вгляделся в мое лицо. Я стушевалась, не зная, куда деть руки, и неловко поправила очки.
– Эви, ты выглядишь так, будто долго и с удовольствием целовалась в лифте, – хмыкнул Алекс. – Губы припухли и лицо раскраснелось.
Громов, ты что, издеваешься?!
– Мм… дай-ка подумать… Представляешь, я только что целовалась в лифте! А еще меня посадили на жесткий поручень, и теперь буду лечить синяки на пятой точке.
А удовольствие от процесса еще надо доказать!
Алекс резко нажал на кнопку ""Стоп"", когда кабина добралась до пятнадцатого этажа.
– Повторим? – улыбнулся он, зарываясь пальцами в мои волосы.
– Обойдешься! – вспыхнула я, отталкивая Громова. У меня, правда, ничего не получилось, но зато я старалась!
– Ну не злись. – Алекс легко обхватил мою талию и поднял меня вверх. Я не была уверена, что его пальцы на ней не соединились. Почувствовала себя пушинкой в его руках, беспомощно болтая ногами в воздухе.
Когда зеленые глаза оказались напротив моих, этот несносный тип заявил:
– Эви, успокойся. Просто сотрудники могут слегка удивиться твоему внешнему виду. Я никогда не завожу романов на работе. Это мой принцип.
Даже так?!
– Тогда зачем ты меня поцеловал?! – не выдержала я.
По его губам скользнула многозначительная улыбка:"
"– Потому что тебе придется каждый будний день подниматься на двадцатый этаж. Мне жалко начальника отдела, который будет преодолевать столько ступенек и выбиваться из сил.
Можно и легче фитнес выбрать. А исключение я сделал потому, что ты не только моя подчиненная, Эвелина Лазарева, но еще и участвуешь в конкурсе на звание моей невесты. А еще потому, что…
Но я не стала дожидаться очередного ""потому что"".
– Спасибо за заботу, Александр Сергеевич! Вы всех своих подчиненных лечите от фобии, или только мне так повезло? – резко выплюнула я. Лицо снова раскраснелось, но на этот раз от злости. Придушить бы гада… Хотя это как-то неправильно – душить своего босса в первый рабочий день.
С другой стороны, убил начальника – весь день свободен. Правда, это будет последний свободный во всех отношениях день.
Лифт тихо тренькнул, и двери медленно разъехались в стороны. Меня осторожно опустили на пол.
Алекс никак не отреагировал на мою злобную тираду, хотя я старалась разбрызгать яд как можно дальше. Наоборот, лукаво смотрел на меня, хотя в изумрудных глазах я не заметила ни капли веселья.
