Приехали на несколько дней отдохнуть и половить рыбку. Вы их ведете показать тот самый затон, рядом с тем, где рыбачили в прошлый раз и выловили самую большую в своей жизни рыбу, – незатейливо пошутил он, видимо, и сам не проснувшись до конца. А может, и вовсе еще не ложившись. – А дальше вас на месте проинструктируют. На сборы вам сорок минут. И вы стоите у калитки, к вам подходят парни. Здороваетесь, знакомитесь, шутки-прибаутки и приподнятое настроение от предощущения хорошей «охоты». Так ведь рыбаки называют частенько свое сидение с удочкой?
– Называют, – подтвердила Ева не самым благостным тоном.
– Ладно, Константин Алексеевич, поняла-приняла: через сорок минут у ворот.
– Ну что, как я понимаю, обещанные белые девичьи груди на моих кудрях откладываются, – повздыхал печально Орловский.
– Так а то ж, – поддержала его шутку Ева, – в плане дня первоочередной стоит конспиративная рыбалка.
– Тогда вперед, – вставая с кровати, выказал готовность к подвигу Орловский.
И снова им повезло: дождь выдохся еще посреди ночи и, по всей видимости, энергии для нового захода пока не накопил. К утру немного подморозило, ровно настолько, чтобы подсушить землю, но не взяться тонким ледком по речным берегам на отмелях.
Утро можно было назвать чудесным, особенно в предчувствии рыбалки, если бы не живое напоминание о непростых временах и делах их скорбных в лице двух вполне себе приятных, обладающих неплохим чувством юмора молодых мужчин. Они представились Федором и Вадимом и изображали приезжих рыбаков.
– Вот, смотрите, – на правах местного знатока показывала Ева всем троим мужчинам место, где они остановились. – Видите, здесь, буквально в метре от берега, сразу же начинается глубина, и уходит она таким вытянутым рукавом метра на три, а потом дно выравнивается уже на глубине. Здесь, кстати, вон, всмотритесь внимательно, видите, – указала она пальцем в глубину, – темные тени? Наверняка рыба там есть. Надо бы прикормить и пару бросков пробных сделать.
– Прикормим, сделаем, – пообещал ей Федор.
– Думаю, он здесь в камышах что-то прятал, – тихим голосом поделился своими соображениями Орловский. – На берегу делать закладку недальновидно: может вымыть, может кто-то из рыбаков случайно найти. А в камыши никто не полезет, тем более глубина рядом совсем, чуть оступился – и погрузишься. А рядом, видите, течение петлей проходит, наверное, внизу стремнина идет, может и затянуть.
