А его неизменная ухмылка сразу же выдает настроение. Каждый раз, когда я чувствую давящую энергетику Савелия, хочется улыбаться.
Его серую мораль я мажу на хлеб утром, она — мой лучший завтрак. А он — напоминание о тех временах, о которых забывать не хочется.
Я не могу похвастаться ростом под два метра, поэтому привстаю на цыпочки и усердно машу.
— Ребенка не урони, — раздражается Ростислав.
Я перехватываю Ромку поудобнее и машинально чмокаю сына в лоб. Ярик дрыхнет в коляске, ручки которой сжимает Ростислав.
Вчера мы с мужем помирились и даже хорошо провели последний день отпуска, я подумала, что разобрались, с горем пополам, но судя по всему — не очень.
Он воспринимает присутствие Савелия как провокацию, хотя мы договорились, что именно Исса отвезет нас с мальчиками домой.
— Эй, все нормально. Ты серьезно? Это Савелий. Друг, Ростислав. Просто друг.
— Ага, давай вместе порадуемся нашему юристу, — Ростик привстает на цыпочки и активно машет.
Боже.
Я понимаю, что дело не в Святоше — Ростик чувствует ложь, которой я кормлю его с ложечки, и снова ощущаю вину.
Савелий чуть расширяет глаза в удивлении. Взаимная неприязнь этих двух мужчин обычно не является проблемой, потому что они как параллельные прямые: двигаются в одном мире, но никогда не пересекаются. Савелий приезжает ко мне на кофе в лучшем случае раз в месяц, я подгадываю, чтобы муж в это время работал.
Я правда очень стараюсь, чтобы они не виделись. Савелий — безупречный игрок, который умеет вести себя так, чтобы не задевать чужие границы, когда захочет.
Ростислав — прямолинейный, слишком честный, чтобы играть в такие игры.
Когда мы выходим в зону прибытия с багажом, Савелий щедро обнимает меня и чмокает в губы. Я отворачиваюсь, но он успевает. И делает это спе-ци-а-льно.
— Привет, мелкая. Как мои крестники? — Савелий наклоняется, словно оценивает их. — Здорова, Ростислав.
Протягивает руку Ростику, тот ее пожимает. Очевидно нехотя.
— Как обычно твои крестники не в восторге от взлетов и посадок. Закладывает ушки.
— Нафига ты таскаешь детей по стране и портишь жизнь окружающим, женщина?
— Чтобы ты спросил, — отвечаю я.
— Эй, а это что? Засос? Да ладно! — я тянусь к его шее. — А ну-ка дай посмотреть!
Савелий моментально отшатывается.
— Э, стоп. Трогать нельзя. Идем, тут слишком людно, все чихают и кашляют, а у нас потомства две коляски. Моя машина на парковке.
Пока идем, обсуждаем погоду, перелет.
— Ладно, шутки в сторону. Договор я проверил, годный. Ты будешь богата. Я даю добро.
