Парень быстро побледнел, испытав при этом настоящий шок. Он даже рухнул на колени перед девушками, пытаясь вымолить прощение, чем смутил их до краёв. Пришлось определить его в специальную ледяную камеру. Слишком эмоциональный, слишком быстрый — оставлять его при себе было бы ошибкой.
Шейле я передал зарядившиеся артефакты с дарами «лечения». Энергии хватило, чтобы она смогла подняться. Девушка восстановилась не до конца, но уже могла сидеть и даже спокойно, без боли, разговаривать.
— Мы должны вернуться в город, — огорошила меня Лейла, поднимаясь со своего места.
— Зачем? — удивился я. — Неужели жители не могут прожить без вас и одного дня?
— Не могут, — покачала головой Вейла. — Мы охотимся каждый день. Без этого начнётся голод.
— Понятно, — я хлопнул себя по ледяным ляжкам. — Раз надо — летите. Надеюсь, Шейлу вы с собой тащить не станете?
— Нет, — улыбнулась Лейла. — Мы и вдвоём справимся. Закончим — и вернёмся."
"Сказано — сделано. Я выпустил девушек наружу, после чего снова забаррикадировался в зале.
Лана к тому моменту уже спала, свернувшись в созданной мной нише. Слишком сильно сегодня перенервничала, а ей это вредно. Я уже хотел отругать себя за то, что взял её с собой, а потом вспомнил, что меня бы прикончили на ещё на подлёте к храму. Нет, всё идёт именно так, как и должно идти… Я зевнул…
Надо признаться — и у меня от усталости начали слипаться глаза.
Я сгрёб в охапку Шейлу, которая сонно пыталась возмутиться, но уже без огонька, и направился в нишу. Хотелось только одного — хорошенько выспаться.
В тишине. Без кромов, без ритуалов, без взрывов…
(Подмосковье, в десяти километрах от Москвы, штаб сопротивления)
Сергей проснулся в паршивом настроении. Выбравшись на палубу «Грача» с чашкой крепкого кофе, он облокотился на перила, нахохлившись, словно воробей на ветру. Его недовольный взгляд устремился на штаб, в котором кипела работа по поиску предателей.
Николай дал ровно два дня на сборы и подготовку к заданию, запретив любые разговоры с посторонними под страхом смерти.
Фактически это означало, что у них оставалось время, чтобы написать письма до востребования — родным, друзьям, кому угодно. Можно было хорошенько отдохнуть, потратить остаток времени на женщин, мужчин или просто на себя любимого. А потом — явиться в штаб, откуда их должен был забрать один из военных катеров.
— Эгоист… — пробурчал Сергей, сделав глоток.
Пока они тут прохлаждались на палубе, цесаревич вёл свои отряды в бой против тварей.
