— Алло, — сказала она, подбрасывая лежавший на прилавке маленький мячик-липучку, предназначенный для кошек.
— Джойс, это Синди.
Синди, одинокая соседка Джойс, была весьма любопытной особой, хотя, в общем, довольно милой. Они чаще виделись летом, когда вместе устраивали барбекю на открытом воздухе. Синди была приблизительно ее возраста; разведенная и всегда в погоне за новым кавалером.
— Синди, привет. Что новенького?
— Я видела, как Фрэнсис и Марко вихрем промчались мимо меня на машине неподалеку от нашего дома.
Что, опять удирают из города?
Вечно ей надо докапываться до самой сути, подумала Джойс. Из нее мог бы получиться неплохой археолог.
— Еще один мальчишник, — ответила Джойс, стараясь, насколько это было возможно, сделать вид, что ее это ни капельки не волнует. — Все нормально. К тому времени как я освобожусь, я буду рада немного расслабиться дома."
"— Ага, как же, конечно. Джойс, мы с девчонками собираемся в центр. Хотим немного развеяться. В Маленькой Италии есть один неплохой ресторанчик.
Там по вечерам живая музыка. Будет весело!
Джойс мгновение поколебалась. Ей нравилась неукротимая энергия, бившая ключом в Маленькой Италии: ее узенькие мощеные улочки, разноцветные искрящиеся огоньки и шумные, битком набитые ресторанчики создавали неповторимую атмосферу праздника и веселья.
— Звучит заманчиво. По правде сказать, я не так уж и устала.
— Тогда заметано, девочка, — решительно сказала Синди. — Если мальчики могут ехать, куда им заблагорассудится, и веселиться напропалую, то почему бы нам, девчонкам, не последовать их примеру?
— Действительно.
— Когда ты заканчиваешь?
— В пять.
— Поезжай домой и отдохни пару часиков. Я бы посоветовала тебе немного вздремнуть. Я заеду за тобой в восемь. Мы будем веселиться всю ночь!
Вкусная паста, немного вина, живая музыка, беззаботные посиделки с девчонками. Именно то, что мне сейчас нужно, подумала Джойс и положила трубку.
Тогда отчего же у меня так тяжело на душе?
Дверь отворилась, и в магазин вошла молодая женщина с мальчиком.
Его рука была забинтована.
— Что с тобой стряслось? — приветливо осведомилась Джойс.
— Я упал с лестницы прямо на осколок бутылки и порезал руку. Крови было целое море.
Джойс вдруг вспомнила об окровавленной бумажной салфетке, которую сегодня утром она нашла в мусорной корзине в ванной. Когда она уходила, Фрэнсис и Марко еще спали. Она забыла спросить об этом Фрэнсиса, когда он звонил.
