Джек покачал головой.
— Похоже, это дело рук нашего старого знакомого.
— Определенно, — поддержал его офицер Эд Мередит, один из членов его подразделения. — Тот же почерк. Та же манера выражаться. Даже тип бумаги и чернил совпадают.
— Я уж начинаю думать, что нам пора посылать наших агентов во все городские банки всякий раз, когда метеорологи обещают дождь, — с нескрываемым негодованием проговорил Джек.
Эд невесело улыбнулся:
— Не все коту масленица; будет и на нашей улице праздник.
— Будем надеяться, что ты прав.
Что там с банковскими видеозаписями?
— Мы вот-вот должны их получить.
В одном из отдаленных кабинетов сидела до смерти напуганная служащая ограбленного банка, молоденькая привлекательная афро-американка, — та самая, что получила записку с угрозами. Она то опускала руки на колени, то нервно проводила ими по волосам, заплетенным в косички с разноцветными бусинками, то снова клала их на колени. Этими самыми руками она взяла записку и передала деньги грабителю. А теперь она не знала, куда их девать.
Когда Джек вошел, она посмотрела на него расширенными глазами.
Джек представился и сочувственно спросил:
— Ну как вы? Как самочувствие?
— Блестяще! Мне просто повезло, что я работаю именно в том банке, куда сегодня решил заглянуть грабитель. Какая удача! Интересно, почему мне никогда не везет в лотерею?
Джек улыбнулся:
— Еще не все потеряно.
— А мне что-то не улыбается больше рисковать. Я уволилась.
— Правда? Когда?
— В ту же секунду, когда этот разбойник покинул здание банка!
— Я вас понимаю.
— Игра не стоит свеч. Через два месяца я выхожу замуж. У меня вся жизнь впереди. Да я лучше буду гамбургеры подавать в какой-нибудь забегаловке, чем психовать из-за какого-то урода с заряженным пистолетом.
Джек присел на стул напротив девушки.
— У меня тоже свадьба не за горами, — сказал он, пытаясь наладить контакт.
— Да ну?
— Да, на следующей неделе. А платье моей невесты похитили прямо из салона в Манхэттене.
Девушка оживилась:
— Какой ужас.
Конечно, это не сравнить с тем кошмаром, когда кто-то хочет тебя пристрелить. Но все равно ужас, ужас. Так когда, вы сказали, у вас свадьба?
— Через неделю.
— Через неделю? Как же получилось, что она до сих пор не забрала свое платье? Мое платье мама хранит дома как зеницу ока. Все боится, как бы с ним чего-нибудь не стряслось. За день до того, как ей выходить за моего отца, сынишка одной из ее подружек забрался в мамину спальню с коробкой цветных фломастеров.
