Вот о чем я сейчас думаю, а не об украденном свадебном платье или о какой-то нелепой статье в газете. Обещаю вам, ваше имя не будет упомянуто в нашем разговоре с продюсером."
"Судя по всему, Трейси давно нуждалась в том, чтобы кто-нибудь прочистил ей мозги. Судорожно сжав трубку, она перевела взгляд на своих верных трех мушкетеров, которые, ни секунды не раздумывая, пришли на помощь, когда ей было плохо. Они никогда в жизни не предадут ее и ради нее готовы на все. Они уже вызвались провести с ней целый день, предупреждая все ее желания.
Даже посмеивались, что неплохо было бы поехать в город и устроить тайную слежку за Джефри; даже отпуекали шуточки относительно того, каким способом его лучше укокошить.
— Риган, сейчас со мной три самые верные в мире подруги, — тихо проговорила Трейси. — Давайте, мы тоже приедем и попытаемся вам помочь.
Риган опешила:
— Вы это серьезно?
— Да. Теперь я понимаю, как мне повезло. У меня такие чудесные родители и преданные друзья. Да, меня бросил жених.
Ну и что с того? Надо благодарить Бога за то, что имеешь. Где мы можем с вами встретиться?
— Трейси, там наверняка окажутся представители прессы, операторы с камерами. Эта история вызвала широкий общественный резонанс.
— Ну и пусть. Я не хочу сидеть сложа руки и думать о том, какая я несчастная. Мы сию же минуту выезжаем.
Риган улыбнулась и продиктовала ей адрес клуба. Она услышала, как где-то на заднем плане мужской голос одобрительно воскликнул:
— Трейси, доченька, у тебя тимберовская закваска!
52
Когда Джойс снова очнулась, во рту у нее было сухо, а тело обмякло как намокшая вата.
Она медленно открыла глаза, заранее страшась того, что ей предстояло увидеть. Это неправда, неправда, мысленно твердила она. Это место — настоящий дурдом. Она попробовала повернуться на бок, чтобы рассмотреть комнату, но от резкой боли, пронзившей ее правую ступню, со стоном повалилась навзничь.
Старуха сидела за кухонным столом, опустив голову на руки.
Джойс чувствовала такую слабость, что не передать словами.
К горлу вдруг подступила тошнота, и она громко закашлялась.
Старуха проснулась и разом вскочила на ноги. Одна из дворняг подняла лай; к ней тут же присоединились остальные, в то время как Хэтти заторопилась к кушетке и склонилась над девушкой так низко, что едва не уткнулась носом в ее лицо.
— Еще чаю? — выдохнула она, щекоча седой нечесаной прядью щеку Джойс.
— Нет. Мне надо в туалет.
— Хорошо.
