Думаю, он до сих пор считает меня обычным магом, который не стоит особого внимания. Это свойственно Великим архимагам и выше: они редко задумываются о тех, кто стоит на ступень ниже, считая себя пупами земли.
Попробуй-ка встретить в глухих поселениях мага уровня выше — да это нонсенс! А уж если туда случайно занесёт «Великого охотника», о нём потом легенды слагать будут. Я, конечно, не он, но, может, и мне перепадёт парочка упоминаний…
— Оставлять их в поселении точно нельзя, — вмешалась Валерия. — Они уже натворили там достаточно бед.
Начнётся самосуд.
— Баронесса права, — кивнул один из командиров. — Жители не простят им смерти стариков.
— Раз нельзя, значит, и не будем, — подвёл я итог. — Для начала разберёмся с погоней. Уверен, они уже рядом. А потом отправимся в поселение. Если не удастся решить всё миром… ну, тогда выбьем из них всё дерьмо, как умеем.
— Вот это дело! — оживился один из командиров. — Когда выступаем?
— Прямо сейчас, — бросил я и направился к выходу.
— Дима! — Валерия догнала меня.
— Но мы же не разработали план!
Я нахмурился.
— Какой ещё план?
— Как какой? — она растерялась. — План атаки на колонну противника…
Я тяжело вздохнул.
— Я уже и забыл, как утомительны бывают совещания… — усмехнулся я и, откинув с её лица прядь волос, добавил: — Не переживай. Мы не настолько слабы, чтобы нам понадобился план.
Улыбка дрогнула на её губах.
— Конечно, если хочешь, можешь вместе с Николаем убедиться в этом сама…
Валерия задумалась, но спорить не стала. Только пробормотала что-то себе под нос — кажется, о том, что ей нужно подготовиться, — и быстрым шагом направилась обратно.
Я же остался стоять, вдыхая холодный, пропитанный запахом навоза воздух. Фу! И как я раньше не заметил эту вонь? Здесь находилось столько лошадей, что я решил не задерживаться и полететь в сторону нашей стоянки.
Мнение Николая меня не особо интересовало. Я уже всё для себя решил — и что буду делать с транспортом, который вскоре окажется в наших руках, и куда дену пленных солдат.
Валерия была права.
Здесь их никто терпеть не будет. Люди, потерявшие родственников, дома и, возможно надежду на будущее… Они не захотят видеть врагов рядом. Им не нужна правда о том, кто из солдат воевал по приказу, а кто просто не разобрался, за кого сражается. В глазах местных жителей они все были убийцами. А если они ещё и начнут расхаживать по Улан-Удэ, устраивать пьяные драки в кабаках с местными…
Меня это ничуть не задело. Я не испытывал к этим солдатам жалости.
