Хватит с меня светских мероприятий и общения с бабушкой. Надеюсь, следующий бал состоится нескоро, а то и вовсе никогда.
Леди Малива покинула карету первой и ушла в дом, не следя – идем мы за ней или нет. А куда мы денемся? От нее попросту не сбежать, везде найдет.
Мы с Миной остались одни на крыльце. Сестра не торопилась заходить в дом. Запрокинув голову, она смотрела на звездное небо, и я зачем-то глянула туда же.
Только что мы с Миной обе получили втык от леди Маливы, и это ненадолго нас сблизило. Мы в кои-то веки смогли спокойно поговорить.
— Тьма необходима, — заявила сестра. — На ее фоне звезды сияют ярче.
— Ты это к чему? — я с подозрением посмотрела на Мину. Показалось, она вовсе не о ночном небе говорит.
— Он тебе понравился, да? — спросила она, пытливо заглядывая мне в глаза.
— Кто?
— Дарклион Лонгрей. Естественно, мы говорим о нем, о ком же еще?
— Он невыносим, — фыркнула я. — Бабушка права – он публично нас унизил.
Но Мина как будто не слышала меня, все твердила о своем:
— Мне он нравится.
Тьма, она знаешь, притягивает и… эм, будоражит.
— Тебе всего шестнадцать. Не рано ли будоражиться? — не сдержала я смешка.
— Говорят, он потерял любимую, и чтобы больше не страдать, окутал душу тьмой. Она защищает его от чувств и не позволяет любить.
Я хмыкнула. С такой историей тьмаг Лонгрей без сомнений должен быть фаворитом местных девушек. Наш пол хлебом не корми, дай пострадать по недоступному мужчине с мрачным прошлым.
Какое счастье, что у меня интернатовская прививка от подобных типов! У нас некоторые тоже любили блеснуть душещипательными историями в надежде, что их пожалеют и допустят к телу.
На поверку все их рассказы были умелыми выдумками.
Вот и Дарклион не показался мне страдальцем. А бесчувственным очень даже, тут Мина не ошиблась. Но слово-то он мне дал и должен сдержать! Раз обещал амулет – пусть делает. Как бы я не относилась к тьмагу, амулет от внушения леди Маливы важнее личной антипатии. Он – моя последняя надежда на свободу воли. Мне без него конец.
— Бабушка все равно никогда не позволит выйти за него, — переживала Мина.
— Ни тебе, ни даже мне.
— Я, в общем-то, и не собиралась, — буркнула я. Но помня об амулете, на всякий случай спросила: — Где живет этот Дарклион Лонгрей?
— Хочешь нанести ему визит? — настал черед Мины потешаться надо мной.
— А хоть бы и так. Тебе сложно сказать, что ли?
— У него особняк неподалеку от королевского чертога. Точной улицы не помню, но его легко отличить. Дом окружает тьма.
Опять тьма.
