Робея глажу её по волосам.
Ясмин никогда не казалась мне неполноценной. Я понимала, что она сильно отличается от других детей, от тех же дочек Таира. Но я любила её всем сердцем, и она казалась мне лучше всех, да, особенная, волшебная, неповторимая, во сто крат лучше меня. Во мне были сотни слов для моей маленькой Ясмин и так мало возможностей их сказать.
Малышка встаёт и приносит мне щётку для волос с трюмо — значит, ей нравится, когда я заплетаю ей косы. Я вижу, как шевелятся её губы, Ясмин считает шаги при ходьбе, но она не произносит ни слова, она вообще крайне редко говорит.
Садится передо мной, маленькая, тоненькая, острые плечики топорщат пижаму. Я провожу щёткой по волосам и сглатываю слезы. А потом пою тихонько, так, чтобы никто чужой не услышал. Ясмин наверняка не понимает слов — эту колыбельную на татарском мне пела эби и мама. Но мне хочется, чтобы она её слышала.
Внезапно Ясмин поворачивается ко мне. Чуть позолоченная загаром кожа, огромные карие глаза, пушистые ресницы. Моё дитя.
— Мама, — говорит она, удивляя уже тем, что обращается ко мне.
— А это плохо, что я не люблю папу? Можно мне выбрать другого? Я уже нашла… Он — чемпион. Огромный и добрый.
Глава 11. Руслан
Кулаки в кровь, даже бинты не спасают.
Я сижу на лавке, курю, костяшки стесанные рассматриваю, а руки, блядь, дрожат, даже сигарету не удержать. Наверное, впервые в жизни, не только от усталости, сколько с нервов.
Нет, я знал, что Динар Бикбаев далеко не пример для подражания. После рассказа Зай, понял, что он ещё псих и торчок со стажем.
Но последние новости настолько круто поменяли картину действительности, что окажись он сейчас рядом, то башку бы я ему проломил, отнюдь не задумываясь. А пока достается груше и я понимаю, что не всю ещё злость выпустил. Ее во мне предостаточно. А голова нужна ясная.
По докладам Сашки я понял: не стесняясь, Динар таскает любовницу домой. Туда, блядь, где дочка его малолетняя живёт и жена, для которой он опекун. Очень хотелось мне в глаза Таира заглянуть, чтобы спросить, где ты был все эти годы, пока твою сестру сначала выставили дурой, а теперь и вовсе пытаются избавиться?
Зай и вправду лежала в дорогой забугорной больничке, послеродовая депрессия.
Проконсультировался — бывает, если вовремя заняться, совсем не страшно. Если не доводить человека дальше.
А он доводил.
И я в принципе понимал уже, что ему нужны деньги Зай. Начала проверять его счета, копал долго, чуял, что всплывет что-то интересное. И всплыло же, мать его.
