Я не могу перестать улыбаться, вспоминая ее алые от смущения щеки.
После пожара, после того, как сгорели все вещи, Инга порывалась пойти сегодня на работу. Я еле отговорил ее. Тогда она попросила у меня разрешения воспользоваться моим моноблоком в гостиной — чтобы поработать из дома."
"Мысль о том, что вечером я приеду домой, и там будет Инга, приятно греет душу. Она нравится мне, чего уж тут скрывать. Еще на собеседовании понравилась, сразу, как зашел и увидел ее. Поэтому и взял к себе в департамент. А за месяц совместной работы моя симпатия к Инге только окрепла.
И, возможно, переросла во что-то большее. По крайней мере я не знаю, как назвать то, что мне до одури нравится находиться с ней наедине. А Инга у меня дома, в стенах моей квартиры — это вообще отвал башки.
Ровно в семь выключаю компьютер и еду к Олесе. Мысленно настраиваюсь на тяжелый разговор. Я не люблю плохо поступать с людьми, не люблю женские слезы, не люблю обвинения и упреки. Совсем скоро я хлебну все это.
— Ваня! — Олеся открывает дверь сразу, как только мой палец касается звонка.
Как будто сидела под дверью и ждала. — Я так соскучилась!
На Олесе короткий шелковый халатик, а под ним ничего.т Волосы благоухают дорогим парфюмом. Раньше мы часто приступали к сексу прямо с порога. Наверное, на это она сейчас и рассчитывала, встречая меня почти обнаженной. Я сдержанно обнимаю пока еще свою девушку и целую в щеку.
— Рад тебя видеть, Лесь.
Она прижимается к моим губам. И я понимаю: вообще ничего не чувствую. Член даже не дергается.
И если бы он вчера и сегодня утром не отреагировал несколько раз на Ингу, я бы сейчас серьезно испугался, посчитав, что у меня проблемы.
— Лесь, подожди, — отрываю ее от себя.
— Вань, что с тобой? Мы не виделись десять дней.
— У меня было много работы, извини.
— Я знаю. Поэтому не понимаю, почему ты сейчас так сдержан.
Это она так завуалировано спрашивает, почему я еще не в ней.
— Мы можем поговорить?
Мой вопрос имеет волшебное действие. Олеся моментально становится серьезной. Выпускает меня из рук, отступает на шаг назад, торопливо поправляет края халата, под которым упругая грудь и бархатная кожа.
— Что-то случилось? — в голосе сквозит напряжение.
— Я хочу поговорить с тобой кое о чем.
Олеся далеко не дура, и понимает, что что-то идет не так. Кивает, указывает рукой в сторону кухни.
— Проходи. Я сейчас.
Я направляюсь на кухню. Олеся появляется через несколько минут, переодетая в домашний костюм. Волосы собрала в высокий длинный хвост.
