Но Тьер так целовал, что даже здравый смысл махнул рукой: «Ай, да будь что будет, один раз живем»!
Опомниться мне, как ни странно, помог Амфи. Он цапнул меня за ногу! С десяток зубов-иголок впились мне в лодыжку. Очень отрезвляюще.
Уж не знаю, что подвигло Амфи на укус. Зависит от того, кто он сейчас. Девочка могла приревновать, а мальчик – заботится о моей чести.
Но результата Амфи добился. Я очнулась. Да еще как! Дернулась от боли, прервала поцелуй, после чего на автомате влепила Тьеру пощечину и вскочила на ноги.
А что, поцеловал девушку без ее согласия – будь готов к последствиям.
– Твою ж… – зашипел Тьер от боли.
Я ударила прямо по порезу. Неловко вышло. Сама лечила, сама калечу.
А пусть не пристает! Не надо меня провоцировать.
– Прости, – буркнула я и тут же добавила: – Но ты сам виноват! Ты меня вынудил.
– Забыли, – ответил Тьер, потирая несчастную щеку.
Я плюхнулась на соседнее кресло. У меня, между прочим, тоже болит нога. Спасибо Амфи и его острым зубкам. Я огляделась в поисках ящерицы, но та где-то затаилась.
Знает, что ей достанется за укус.
Я сосредоточилась на ноге, чтобы не думать о горящих после поцелуя губах. К ним бы лед приложить… а заодно и ко всему моему телу. Мне не помешает немного остудиться.
Стоило промелькнуть этой мысли, как на столе появилось ведро, доверху наполненное кусками льда. Именно кусками, а не кубиками. Комната услышала мое желание и исполнила. По-своему.
Мы с Тьером, не сговариваясь, уставились на ведро. Надеюсь, он не догадался, зачем мне лед? Иначе я точно сгорю со стыда, и никакое охлаждение не спасет.
Чем я провинилась перед мирозданием, что оно послало мне таких помощников? У ящерицы раздвоение личности, плюс она чуть что кусается. А Комната понятия не имеет о приватности. Даже подумать ни о чем тайком нельзя, тут же сдаст.
Надо было срочно спасать положение, и я выпалила:
– Это для твоей щеки. Чтобы не было синяка после пощечины.
– Ты переоцениваешь силу своего удара, – отказался Тьер.
– Значит, приложу лед к укусу, – заявила я и взяла одну из льдинок, а после мрачно поинтересовалась: – У тебя еще раны есть?
Тьер с опаской покосился на меня. Наверное, решил – я спрашиваю, чтобы знать, куда бить.
– Только пара синяков, – ответил он.
Я кивнула. Если раны и были, то Тьер предпочел скрыть их от меня. Что ж, он взрослый мальчик, разберется сам.
Поцелуй мы единогласно предпочли не обсуждать. Вместо этого сделали вид, что его попросту не было.
