Попутно он использовал Полное Подчинение, вливая ещё больше воли в эту субстанцию."
"Лишь когда ножны уже едва не гудели от силы, Кай наконец замкнул плетение и послал короткий импульс воли. Техника активировалась, и огромная мощь преобразовалась в нечто незримое, что окутало ножны. Отныне, пока эта сила действует (а действовать она будет сотни тысяч лет, если её не разрушат), никто, кроме Кая, не сможет использовать ножны. Артефакты примут только его Ки, а любая чужая будет блокироваться волей парня внутри духовной метки.
То же касалось и частиц законов, внедрённых в ножны. Они не подчинятся чужаку.
Кроме того, Кай поместил в некоторые полости артефактов сверхплотные Лазурные Кристаллы. В отличие от кристаллизованной праны, что располагалась внутри вещества, такой кристалл частью энергопространства не считался. Воле духовного материала было в разы сложнее пропитать и захватить его, а потому он мог использоваться в качестве эдакой батарейки.
Собственно, это с ними и делала духовная метка, поддерживая функционирование символьных техник даже без вмешательства Кая.
Также духовная метка теоретически могла временно ограничивать для владельца те части плетений, что относились к техникам более высоких и пока что недоступных ему рангов. Это и называлось масштабированием. Но проделывать такое с ножнами Кай пока не собирался. Для будущей авантюры ему понадобится вся их мощь, так что использовать он будет не собственные частицы, а чужие — заложенные в артефакт.
Ещё одной особенностью данной духовной метки был запрет на зарождение внутри ножен Хранителя. Если с оружием или ключевыми артефактами, по типу ядра гигантского массива, это обычно не делалось, то вот таким второстепенным предметам возможность появления духа была совершенно не нужна. Особенно с учётом того, что воля формирующегося духа постепенно ослабляет метку, делая её более уязвимой ко ""взлому"".
Закончив с этим, Кай без промедления активировал Призрачную Татуировку Инь-Ян.
«Изначальная Вспышка!» — мысленно воскликнул он, насытив белоснежные узоры на правой руке оставшимся запасом энергии души.
Ослепительное сияние озарило всю Мастерскую, а когда свет наконец погас, парень заметил вязь белых линий, что покрыли и те и другие ножны, мерцание которых понемногу пропадало. Но это было не единственное изменение.
