На Виту открыто смотрят почти все особи мужского пола. Прямо, без подтекста, словно оголодали. Она магнитом притягивает своей чистотой и наивностью — такие девочки в этом клубе охренеть какая редкость. Есть в ней то, от чего оторваться невозможно, особенно если попробуешь. Сдохнуть хочется, чтобы только продолжить.
Глаза наливаются кровью, когда я вижу, как провинциалочка танцует с незнакомым парнем. Кладёт руки ему на плечи и крепко обнимает. Он трогает её бёдра и талию. Гладит, словно Вита ему принадлежит. У меня горит в груди.
Так сильно, что болеть начинает. Адски.
Какого хера ты творишь? Это место явно не для тебя, уходи. Я обидел тебя, но запомни: ни один мужик на свете не стоит твоей покалеченной жизни.
— Хватит, — прошу глухим и будто не своим голосом.
Паша меня не слышит, продолжает показывать дальше.
В клуб приезжает наряд полиции, Вита паникует и хватает сумочку. Я это уже видел. «Бабочка» давно на крючке у правоохранительных органов, не в первый раз облава. Назар тащит провинциалочку в уборную и помогает вылезти через окно на улицу.
Она вцепляется в него, как в спасательный жилет, и слепо повинуется.
Перед глазами пелена, почти ничего не вижу. Крышу срывает от того, что будет дальше. Пи*дец полный — вот что. Итог я знаю, потому что на данный момент Вита сидит в следственном изоляторе, а я ничего не могу с этим сделать.
Поднявшись со стула, с грохотом его в стену швыряю. Паша вздрагивает, недоуменно на меня смотрит.
— Я сказал хватит, блядь! Выключи!
Он ставит на паузу, достаёт из кармана пачку сигарет и меня угощает.
Мы молча курим в его кабинете."
"— Говорят, там Болотов со своей стороны прессует, — негромко произносит Павел. — Всех виновных на кол. Просит максимальную меру наказания за вымогательство. Может, с ним поговорить попробуешь?
— Пробовал. Мы не поняли друг друга.
— Хреново, — заключает товарищ.
Делаю глубокую затяжку, ощущая, как горький дым заполняет лёгкие. Башка гудит, мыслить совсем не получается. Последнюю неделю я почти не сплю. Едва глаза закрываю, как все накопившиеся проблемы приплющивают многотонным грузом.
Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Кажется, что я не должен спать, есть или принимать душ. Это пустая трата времени.
Сначала была сложная командировка в республике, потеряли одного бойца — Вадима Бекетова. Поступила информация о боевиках, мы брали штурмом. Я лично видел, как Вадиму выстрелили в голову, как во все стороны брызнула кровь. Он служил у нас недолго, всего два года. Молодой, толковый.
