"
"Остаток вечера я провожу на улице, а когда смеркается, собираю учебники и захожу в дом. Открыв дверцу холодильника, проверяю его содержимое. Замешиваю блинчики по фирменному маминому рецепту и застываю над кофемашиной, оглядывая кучу кнопок и небольшой дисплей, двигая бедрами в такт мелодии, которая звучит в наушниках. Лена показывала, как пользоваться этой штукой, но я забыла, куда нужно нажимать. Размышляя над тем, что безопаснее и быстрее будет сварить себе кофе в турке, я уже собираюсь выключить этот сложный аппарат, чтобы ненароком его не сломать, как чувствую за своей спиной чье-то присутствие.
А через мгновение рука, забитая татуировками, появившаяся из-за моего плеча, нажимает на нужную кнопку.
Я медленно оборачиваюсь и замечаю Бориса Александровича. Коленки начинают трястись, а внутренности скручивает в тугой узел, когда ловлю на себе внимательный и чуть нахмуренный взгляд. Надо для приличия повернуться полностью, но я не в состоянии этого сделать. Ещё и аромат его парфюма стоит в носу, а запах готовящегося кофе его ничуть не перебивает.
Будто Ленин отец до сих пор стоит рядом.
Вытаскиваю наушник из уха, мысленно перебирая в голове слова, которые никак не получается построить в предложение, но Борис Александрович меня опережает:
— Лена сказала, что вы отдыхаете в кафе по случаю дня рождения общего знакомого, — окидывает быстрым взглядом фронт моей деятельности и снова фокусирует на мне серьезные глаза. — Не пошли?
Как же неудобно получилось. Я бы точно не высунулась из комнаты, зная, что Борис Александрович приедет с работы так рано.
Мне неловко пересекаться с ним после того, как я перепутала двери и зашла в его спальню. В какой-то момент мне даже кажется, что он это видит по моему идиотскому и застывшему лицу, как я наблюдаю за его руками, которые быстро застегивают манжеты белой рубашки, представляя в голове совсем другие образы.
— Я не поехала. Осталась дома, чтобы позаниматься, — киваю на стопку учебников, которые лежат на краю стола. — А это… — усилием воли заставляю себя подойти к сковороде, которая уже, наверное, раскалилась донельзя, как и мои пылающие щеки, — захотела пожарить блинчиков.
Вы будете? — кое-как вылетают слова из моего рта.
— Нет. Я заехал переодеться перед встречей.
Борис Александрович проходит мимо, одаривая еще одной порцией своего фирменного аромата. Хоть отключай обоняние! И уже у двери ненадолго остановившись, оборачивается:
— Завтра после занятий подъезжай ко мне офис.
