Тонированное боковое стекло плавно опускается, открывая моего взгляду человека, которого я никак не ожидала увидеть.
— Что застыла, малыш? — с насмешливой улыбкой говорит Борис. — После таких фотографий пришлось лично за тобой приехать.
Ещё пару месяцев назад я бы не поверила в то, что это будет происходить по-настоящему, но сейчас мы с Борисом едем ко мне домой, и он общается со мной на равных. Это совершенно точно не из-за того, что я пострадала в аварии по вине его дочери, нет. Я могу быть не искушена в вопросах, связанных с общением с мужчинами, но чувствую интерес Бориса, вижу блеск в его глазах, когда он на меня смотрит и ощущаю его заботу, даже если он не всегда может ко мне заехать или дать о себе знать.
Весь мой здравый смысл и неуверенность улетучиваются, когда я нахожусь с ним рядом. А если посчитать в совокупности все время, которое о нем думаю и представляю нас вместе, то набежит немало минут. Я желаю присутствия Бориса в своей жизни, нашего общения и его бережных прикосновений. Если раньше мысль, что нас кто-то увидит, сеяла внутри страх и панику в голове, то сейчас я не задумываюсь о таких вещах.
По крайней мере, в это мгновение все, о чем я думаю, это о губах Бориса и его улыбке, от которой не могу отвести взгляда.
— Что тебя насмешило? — спрашиваю я, глядя ему в глаза. — Неужели мой рассказ о лекции и о женской прозе?
— В свои восемнадцать не припомню у себя такого рвения к учебе. Когда ты говоришь о занятиях, у тебя много радости в голосе.
Я помню, что Борис рассказывал, как менял колеса грузовикам и не брезговал любой подработкой.
Не знаю, почему вспоминаю об этом. Возможно, потому что, в отличие от моего, в его голосе я слышу усталость?
— Ты давно прилетел?
— Только с самолета.
— И сразу приехал за мной? — спрашиваю, чувствуя, как начинаю покрываться румянцем, а сердце стучит, как сумасшедшее.
— Да, — снова приподнимает уголки губ, взглянув на меня.
Я не смогу удержаться от ответной улыбки, ощущая, как благоговейное тепло разливается по венам.
— Кстати, врач сказал, что через пару недель разрешит мне вернуться на работу. Правда, отличные новости?
— На работу тебе еще рано, — отрезает Борис, стирая мою улыбку с лица.
Я ничего не успеваю возразить, как он продолжает:
— Сейчас я отвезу тебя куда-нибудь перекусить.
Пусть я сильно ударилась головой и впереди еще много дней реабилитации, но соображать быстро я, кажется, не разучилась. В кафе будут люди, а мне хочется остаться с Борисом наедине.
