Не выношу чужого присутствия в своем доме, ненавижу, когда кто-то трогает мои вещи, и даже домработнице, которая приходит раз в неделю, запрещаю перемещать что-либо в своей спальне и кабинете. Даже если это что-то — мои грязные носки.
Время близится к вечеру, а я все прокручиваю в голове сегодняшний день. Одна часть меня хочет рассказать Карине об измене Юры, вторая — призывает действовать медленно и с умом. Я и так выжидал столько лет, еще какой-то месяц сумею потерпеть. Мои размышления прерывает звонок в дверь.
В первое мгновенье я решаю, что за дверью стоит Вика с чемоданом, но в последний момент цепляюсь взглядом за экран домофона и замираю. Карина.
— Привет, — на ее лице растягивается широкая улыбка, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. На мгновенье я выпадаю из реальности, рассматриваю ее длинные ноги и короткий вырез платья, а потом прихожу в себя и пропускаю ее в квартиру.
— Какими судьбами?
Карина оглядывается по сторонам, словно выискивая кого-то, и я не сразу понимаю, что этот кто-то — Вика.
— А где твоя… кхм девушка?
— Невеста, — поправляю я, внимательно наблюдая за ее реакцией. Неужели приехала прощупать почву и проверить территорию? Ревнует?
— Ох, вы обручились? Когда свадьба? — В ее глазах плескается недовольство, хотя я не вижу никаких причин для этого, разве что она все еще неравнодушна ко мне.
— Пока не решили, но, скорее всего, обойдемся скромным торжеством в узком кругу родных. Вика беременная, сама понимаешь. — Я упираюсь спиной о стену и скрещиваю руки на груди.
Не отвожу взгляд от Карины, настроение которой вмиг меняется, хотя она и пытается не подавать виду. Я хочу позлить ее немного, вывести на эмоции, вызвать ревность, чтобы она почувствовала, что меня вот-вот уведет другая женщина. Возможно, даже не придется давить на брата насчет развода. Если чувства Карины ко мне сильней, то…
— Странно, что ты ни разу не рассказывал ничего о Вике. — Она садится на мягкий диван, закинув ногу на ногу, ткань ее тонкого платья натягивается, обнажая бедро еще больше.
Я сглатываю подступивший к горлу ком, чувствуя, как во мне закипает кровь, а мысли далеки от тех, которые я должен испытывать по отношению к жене брата.
— Счастье любит тишину, — отвечаю многозначительно и наблюдаю, как Карина резко поднимается с дивана и идет в сторону кухонной зоны, придирчиво разглядывая идеальный порядок. Она-то лучше всех знает, какой у меня обычно творится хаос из немытой посуды и коробок из-под еды.
