Я оглядываюсь по сторонам, привыкая к полутьме, и понимаю, что он еще не вернулся. Мысленно я подсчитываю, сколько ему понадобилось бы времени, чтобы пересечь город и добраться до дома родителей. Где-то час. Еще два там и один обратно. Значит, скоро должен бы уже приехать.
Я поднимаюсь с дивана, подсвечиваю телефоном путь к двери и нащупываю выключатель. Решаю осмотреться вокруг. Меня начинает преследовать паранойя: вдруг у него кто-то был? Перед глазами все еще мельтешит разобранная постель со следами женского пребывания в этом доме, которые я обнаружила два месяца назад.
Это та самая подозрительность, которая неприятно скребет своими когтями по сердцу, когда понимаешь, насколько дорог тебе человек и как сильно ты боишься потерять его. До дрожи в теле и зубной боли.
Я замираю перед дверью в гостевую спальню, ту самую, где я раньше располагалась. По приезде домой Игорь не впустил меня сюда. Сказал, что перенес все мои вещи к себе и не позволит спать в другой комнате. Я делаю глубокий вдох, задерживаю дыхание, нажимаю на ручку, опускаю ее вниз.
Медленно, словно из темноты может выскочить чудовище, приоткрываю дверь, щелкаю выключателем, и мои глаза расширяются от удивления.
В комнате ничего не напоминает о том, что когда-то здесь была спальня. Вместо хрустальной люстры — светильники в виде тучек, стены теперь белые, с нарисованными медвежатами, цветами и сказочными птицами. У окна белая колыбелька. Детская мебель, игрушки, крохотная одежда для новорожденной девочки в шкафу, стульчик для кормления и коляска — ощущение, что кто-то просто не смог остановиться и скупал все подряд.
Из горла вырвался всхлип. Это так неожиданно со стороны Игоря. Дизайн один в один как на картинке одного из каталогов, которые мы с ним изучали в клинике. И когда только успел все переделать?
Я боюсь даже дышать. Провожу пальцами по гладкому окрашенному дереву кроватки и не могу дождаться, когда в ней будет спать дочь. Наша дочь. Чувствую безумное волнение и благодарность, которую не выразить словами.
Хочу увидеть мужчину прямо сейчас, поцеловать его, сказать желанное «да», ведь после этого у меня не остается ни одного сомнения в правильности своего выбора.
Я вздрагиваю, когда раздается трель дверного звонка, и спешу покинуть комнату, словно настоящий воришка. Если Игорь хотел преподнести мне сюрприз, сделаю вид, что ничего не видела.
В дверь не перестают звонить, но в этот раз, прежде чем открыть, я все-таки заглядываю в глазок.
