Побеждать остальных соперников!
Чем сложнее получить свой трофей, тем дороже потом его ценишь!
И для таких вот бабочек, это реально единственная возможность. Квартиру себе нажить. Машину. Бизнес какой-нибудь. И связи, которые двери открывают. Потому как без связей, хоть с деньгами, а бизнес не пойдет. Сожрут тебя. Сожрут и не подавятся. Так, что еще такая залетная птичка и должна останется. И по баблу и телом тоже. Отрабатывать придется.
Может, этим и объясняется та картина, от которой до сих пор глаза кровью наливаются?
Когда застал куклу прижатой к стене у сопляка Степанова?
В недотрогу играла и с ним, как и со мной?
Шмотки, кстати, брендовые нацепила.
"
"В доме стены глядишь, упадут, а туда же. Все в упаковку собственную вкладывает.
Злюсь!
Пламя разгорается. Сжигает меня со всех сторон!
Чего церемонится?
Да просто взять ее! Нагнуть! Прямо на кухне!
Глядишь. И полегчает.
Безумие это испарится! Вышибет его из меня!
А дальше. Дальше просто уйти. Вернуться к делам, которые забросил.
Прав Дикарь.
Марат. Давний друг, с которым мы не миллиарды считали, а сожранное дерьмо напополам с пылью и ударами.
Совсем с катушек слетел. Не тем занимаюсь. Бабки, куда ненужно, безумные вышвырнул. Врагов себе нажил на ровном месте, где интерес правильный вырисовывался!
Выпущу пар. Удовлетворюсь, наконец. И в себя приду.
А ей… Ей здесь сидеть придется. До самых родов. Мне и видеть ее совсем необязательно!
Кого-то приставлю к ней. Чтоб питалась и там все по медицине правильно проходила. Дам отступные, какие назовет или что сам решу.
Заберу ребенка. И видеться больше вообще ни разу нет смысла!
Просто…
Черт!
Снова кулак дергается в стену.
С трудом удерживаюсь, чтобы опять не громыхнуть.
Малая ж там спит. Будить не хочется! Вот только за нее нужно было сладкую конфетку ремнем наказать!
Совсем на малышку наплевать, что ли?
Носится по кабакам, пока ребенок непонятно с кем время проводит! По офисам всяким и по отелям!
А я таких глаз насмотрелся.
И вокруг. И в зеркале.
Знаю, что с малышней бывает, когда их опека забирает.
Детство из них очень быстро уходит. Так быстро. Что даже взрослыми его уже и не вспомнят.
Волчатами становятся. Те, кто выживает.
Кого подмять и сломать не получилось.
А такие редкость!
Мы-то с Дикарем, с Маратом, почти взрослыми уже попали в детдом. По сколько? По двенадцать нам было.
Выгрызать приходилось не только каждый кусок хлеба. Каждый вздох и свободу приходилось выгрызать.
Переломанными ребрами.
Выбитыми зубами.
