Так ласкал мое тело, что даже сейчас, вспоминая, я вспыхиваю и краснею до кончиков волос. Ни одного местечка для него запретного не оказалось!
А я… Я выгибалась под его руками. Тряслась, как в лихорадке, от его поцелуев. Нет. Он не целовал. Он просто пожирал!
Его дикая страсть сменялась безумной нежностью… Тягучей. Сладкой… Томительной…
И…
Вдруг словно чувствую внутри себя распирающую, твердую, набухшую плоть…
Как он запрокинул голову с каким-то странным хрипом. А после…
– Я буду нежным… Нежным, сладкая… Не бойся…
И его губы.
И правда нежные.
По шее. Ниже. Лаская и успокаивая… И…
О, Боже! Я сама. Первая поддаюсь бедрами ему навстречу! Стону, сливаясь с ним, пока не приходит развязка!
Это видимо, стресс. Иначе почему я не вспомнила всего этого раньше?
Но все равно. Он виноват во всем! И в том, где я сейчас нахожусь!
– Пропустите!
Резко выпаливаю, заставляя себя сбросить безумное, ненормальное наваждение.
– Никуда я с вами не пойду, и…
– Уже все решила, да, конфетка? Аборт!
Ревет, скрещивая руки на груди.
– Только вот я решил иначе! Никакого аборта не будет! Если это мой ребенок, ты его родишь!
– Никуда я с вами не пойду! Это моя жизнь и мои решения! И… Вы здесь ни при чем!
– Не пойдешь, значит!
Красивые, чувственные губы искривляются в улыбке, больше похожей на оскал хищника.
– Только, видишь ли, малышка. У тебя нет выбора!
– Ай!
Только и успеваю вскрикнуть, когда он резко дергает меня на себя.
Сжимает талию так, что она сейчас переломится пополам!
Забрасывает на плечо, как будто я… Какой-нибудь мешок!
– Это похищение!
Кричу, замолотив по его спине кулаками.
Ну, разве так можно?
Среди белого дня! Прямо в больнице!
Но никто почему-то не обращает внимания. Не спешит меня спасать.
Наоборот. Все расступаются в стороны и отводят глаза, стоит ему только бросить единственный взгляд в сторону!
– Вот все и решили, – хрипло басит, усаживая меня на сидение машины.
Тут же блокирует дверь.
– У тебя, Татьяна, есть только два выбора. И оба в мою пользу.
– Вы!
Задыхаюсь от возмущения.
Особенно когда он почти наваливается на меня своим огромным телом.
Нависает.
Дышит прямо в губы.
Сверкает своими проклятыми глазищами прямо у моих!
А в них… Буря. Ярость… Лед, схлестнувшийся в схватке с самым настоящим пламенем.
Почти вжимается в меня, рвано дыша… Как и я.
