Поняла! Ты моя! Я твой первый и буду всегда единственным!
Оооооооооо…. Эти угрозу урагана в глазах я уже очень хорошо знаю!
– Поняла? Иначе… Иначе я сделаю так, что ты никогда. Никогда вообще. В принципе. Из постели вылезти не сможешь! Ноги не сдвинуться!
Он тут же демонстрирует наглядно. Подтверждает свою жуткую угрозу действием.
Резком рывком перекидывает меня на живот.
Скользит губами по каждому позвонку. Чуть прикусывает кожу между лопатками. Заставляет меня снова почти потерять голову.
Выгнуться в спине навстречу его обжигающим ласкам и глухо застонать, впиваясь руками в простыню...
– Не слышу. Не слышу, сладкая, твоего однозначного «да»!
« Я люблю тебя».
Это он ведь сказал? Сказал же, правда? Мне не почудилось в угаре того пожара, в который он меня вчера окунул? Совсем заставил голову потерять! Свел с ума! И меня саму, и мое тело!
– Жень?
Робко спрашиваю уже задрожавшим, срывающимся голосом.
– Ты мне вчера поверил?
Хочу. Хочу услышать это на трезвую голову.
Мне это важно!
– Да, малыш.
Его дыхание уже сбивается. Становится рваным.
Оххххх…. Что же он творит?
Спускается губами прямо по моей попке! Втягивает в себя с силой нежную кожу на ягодице, и… Прикусывает ее!
– Поверил.
– Ты развратник, – шиплю в подушку, потому что непонятным образом моя голова оказывается вдруг впечатана в нее.
Зато в спине он меня прогнул так, что одна попа торчит выше головы.
Пытаюсь сжать ноги, но ничего не получается!
Он не дает.
Не пускает. Нагло вклинивается своей ногой между моими.
– Охренеть!
Слышу, как он жадно, с шумом, вдыхает воздух… Там…
Внизу живота собирается весь пульс. Там бьется кровь похлеще, чем в висках!
– Ты везде сладкая! Твоя мама, наверное, все время сгущенку ела, пока тебя носила. Шшшшшшш…. Чего дергаешься? Не зажимайся. Ты красивая, Тань! Везде красивая! А здесь….
– Перестань!
Шиплю, таки начиная дергаться еще сильнее.
Но делаю только хуже. Еще больше распахиваюсь перед этим соблазнителем!
Слышу его рычание, смешанное с хрипом.
И тут же горячее дыхание отпускает мою попку. Солодов просто валится рядом на постель, утягивая меня на себя.
– Все. Перестал. Иначе не видать тебе передышки! Черт! Я теперь штаны не смогу застегнуть! Иди ко мне, малыш!
Укладывает меня, как котенка, себе на грудь.
И я зажмуриваюсь, когда сильные пальцы просто с нежностью начинают поглаживать мои волосы.
