Надя неверяще посмотрела на меня, затем забавно сморщила носик и неожиданно громко и искренне рассмеялась. А я, сам того не замечая, расплылся в глупой радостной улыбке. Если её смешат мои замечания — ну так что, их есть у меня…
— Как бы то ни было, я по позднему времени буду вынуждена откланяться, — слегка присела в реверансе Надя и вежливо склонила голову. — Полагаю, что вы можете остаться здесь, диван уже должен быть вам знаком.
— Ага, — огорчился я, не в силах попрощаться столь же куртуазно.
— Не сопротивляйтесь, Вам нужно всё же поспать, — заметила Надя мои метания и обернулась, уходя.
Я согласно кивнул, но продолжил хмуриться.
— Позвольте, я немного помогу.
Не успел я хотя бы частично уместить себя на диване, как почувствовал прохладное прикосновение к затылку, и мои глаза против воли стали закрываться.
— Это какая-то магия? — с трудом пробормотал я, безуспешно борясь со сном.
— Господь с Вами, что вы такое говорите! Разве я похожа на мальчика с шрамом на лбу в виде молнии? Да и волшебной палочки у меня нет, — донёсся до меня озорной голос Нади через пелену сна, казалось, ей было весело наблюдать за моей реакцией.
— Я просто воздействую на зону гипоталамуса, вот и всё. Спите спокойно и ни о чём не тревожьтесь.
*** Наденька
Я с достоинством откланялась, хотя где-то внутри меня булькал шарик радости, который активно не желал сдуваться. Я снова мысленно перебирала события сегодняшнего дня и вновь нерационально улыбалась. Смешалось сразу всё — и радость от того, что я могу наслаждаться человеческим обществом, и неверие, что меня кто-то хотя бы просто услышал, и потрясение от того, что теперь я смогу сохранить образ своих родителей, блеклой тенью находившийся где-то в глубинах моей памяти.
Я так и стояла возле окна ординаторской, вздыхая и замирая от необъяснимого счастья, пока где-то там, за высотками, не промелькнула тоненькая полоска рассвета, знаменуя собой начало нового дня.
— Ты идёшь на планёрку вообще или нет? — раздался позади меня сонно-недовольный голос одного из наших сотрудников.
— Михаил Ашотович нынче не в духе, как я слышал, лучше не опаздывать сегодня на планёрку.
— Туда вообще лучше не опаздывать, — не согласилась я и двинулась следом, словно это меня только что так настойчиво звали. Внутри разливалось какое-то нехорошее предчувствие.
Я быстро проскользнула внутрь и застыла в своём излюбленном месте — в углу, рядом с раскидистым фикусом.
