Я провела пальцем вокруг ствола, дразня его, пока ласкала и посасывала яички, вдыхая его мускусный, землистый запах.
– Твою мать, – простонал он. – Вот это ход.
Подавив улыбку, я сосала, дразнила и лизала его, почти не касаясь члена, который то и дело дергался и набухал все больше, требуя моего внимания. Через несколько минут Сэм схватил меня за парик с затылка, пододвигая к главному событию – звезде этого шоу. Я ахнула и тут же смахнула его руку, стараясь удержать парик на месте.
Сэм опустил на меня хмурый взгляд, опешив на мгновение.
– Имеешь что-то против членов?
– Вовсе нет. – Мой голос звучал с придыханием, жалко. – Извини. Просто у меня волосы растрепались под париком, и я не хочу, чтобы ты их увидел.
Иссиня-черную копну, которую ты тотчас узнаешь.
– А у тебя сложилось впечатление, будто мы будем делать гребаные свадебные фотографии? – В его серых глазах кружило удовольствие. – Кого это на хрен волнует?
– Нет, ты прав, никого, конечно.
«Дуреха, – пропела в моей голове мисс Би. – Такая покорная и доступная».
– И раз уж такое дело, почему не снимешь солнцезащитные очки? – Он приподнял бровь. – А то у меня такое чувство, будто мне отсасывает Стиви Уандер[15].
Потому что тогда ты увидишь мои глаза и узнаешь их тоже.
У меня были такие синие глаза, какие увидишь не каждый день. Отец говорил, что синевой с ними мог сравниться только океан.
Я обхватила член Сэма, взяла его в рот до самого горла, и он едва не зарычал от удовольствия.
– Хороший отвлекающий маневр, Робертс. Быстрее.
Я принялась двигать головой, не переставая удивляться тому, что у меня во рту член Сэма Бреннана.
Даже я не могла отрицать, что мое увлечение – нет, одержимость, – им не знала границ. Но от нее никому не было вреда. Мы оба свободные, совершеннолетние и постоянно оказываемся в одних и тех же местах. Он по-своему изменил мою жизнь и превратил ее в нечто иное, более глубокое. Хороший минет – меньшее, чем я могла отплатить ему за то, что наставил меня на тот путь, по которому я шла сегодня.
– Ладно, давай посмотрим, насколько хороша твоя киска или задница. Вставай, Красотка.
Я выпрямилась в полный рост, чувствуя, как эйфория захлестывает меня, подобно шторму. Сэм обхватил меня за затылок и поцеловал. Лениво, грубо. С языком, зубами и желанием. Поцелуй был совсем не похож на тот, что мы разделили на том страшном аттракционе много лет назад. Он не развивался неспешно, как хорошо написанная книга.
Внезапно Сэм отстранился и хмуро на меня посмотрел.
