Место было настолько удаленным, что к нему даже не вела прокатанная дорога, по которой можно проехать на машине. Последние несколько километров до дома «Порше» тащился по булыжнику и мокрому снегу."
"Сэм вышел из машины и открыл мне дверь. Я вошла за ним в дом, и он принялся зажигать свет. Включил систему водяного отопления и оглядел гостиную и кухню, высматривая любые признаки взлома.
В доме было ужасно холодно. Первым делом я обработала рану у Сэма на руке. Извлекла пулю и наложила несколько швов. А потом обхватила себя руками, внезапно осознав, что сейчас глубокая ночь – быть может, два или три часа утра, – а я не обедала, не ужинала и не принимала душ.
Последним, что я съела, был батончик мюсли Nature Valley сегодня утром, а всем известно, что они крошатся так сильно, что съесть получается только треть. Желудок заурчал, требуя, чтобы его накормили, и плевать, что я только что избежала смертельной опасности.
– Я посмотрю, что есть в холодильнике, – сказал Сэм, не оборачиваясь, и мою кожу обдало жаром, когда я поняла, что он, должно быть, услышал урчание моего желудка.
Оказалось, в холодильнике нет ровным счетом ничего.
Отопительная система согревала дом слишком медленно – возможно, была сломана (Сэм сказал, что здесь много лет никто не жил), так что пока в плане расслабляющего отдыха этот курорт получает одну звезду и разгромный отзыв.
– Придется довольствоваться консервами, – отрезал Сэм. – Поджарка из фасоли.
– Я не знаю, как ее готовить. – Я стояла в противоположном конце комнаты, пристыженная собственным привилегированным происхождением.
Сэм повернулся ко мне.
– Ты не знаешь, как разогреть банку поджарки из фасоли?
– Предполагаю, что это делается без банки. – Я отвела взгляд, готовая умереть от стыда.
– Ты приготовила мне куриный суп, – напомнил он.
Я серьезно кивнула.
– Мисс Би меня научила. Это единственное блюдо, которое я умею готовить, потому что она не ела ничего другого во время болезни. Я даже омлет не могу пожарить.
Сэм с рычанием вскрыл поджарку металлической открывашкой, а потом высыпал слипшуюся в форме банки фасолевую массу в сковородку.
Выглядело так же аппетитно, как и свежий навоз, и пахло похоже. И все же, пока он подготавливал еду, я осталась стоять рядом с ним, чтобы погреться у плиты. Я поела прямо со сковороды. На вкус было ужасно, но я понимала, что лучше не возмущаться. Предполагаю, что консервы были для него настоящей роскошью, пока Бреннаны не усыновили его официально. Я не имела права жаловаться.
