– Я в этом не уверена, – сказала Эшлинг, а судя по тому, как наморщила лоб, я мог поклясться, что она судила по собственному опыту.
– Ты пришла поговорить. Так говори, – велел я, стукнув носком своего лофера по ее практичному ботинку.
Эшлинг, хлопая глазами, осматривала голые стены и холодную пустоту, которой я себя окружил. Мне так нравилось. Чем меньшим я обладал, тем меньше привязывался. Я жил в квартире за три миллиона долларов в шикарном доме, но он разительно отличался от поместья Эйвбери-корт, полного картин, статуй и прочих роскошных символов богатства.
Здесь негде было прятаться. Только мы среди стен и невысказанной правды, которая повисла между нами, словно бомба замедленного действия.
– Мама хочет подать на развод. – Ее голос дрогнул."
"Эшлинг смотрела вперед, ее шея напоминала хрупкий стебель цветка.
– Знаю, для тебя это звучит абсурдно, – поспешила добавить она. – В конце концов, всем прекрасно известно, что мои родители никогда не были верны друг другу. В светских кругах Новой Англии большинство считает их брак фикцией.
Но для меня он кое-что значит. Вернее, очень многое. В детстве я знала, что могу полагаться на стабильность поместья Эйвбери-корт. И хотя маму с папой было не назвать полноценной парой, они все же странным образом по-своему ею были. Веришь или нет, Сэм, но у них получалось. Знаю, что я уже не впечатлительный подросток, а в жизни двадцатисемилетних случаются события и похуже. Некоторые теряют своих родителей, партнеров или даже детей, но я просто не могу понять… – она покачала головой, а на кончиках ее нижних ресниц застыли слезы, – как все так быстро усугубилось.
В одно мгновение мы живем нормальной жизнью – насколько это вообще для нас возможно, – а в следующий миг все рушится. Словно из ниоткуда появляются провокационные снимки отца с этой… с этой женщиной, потом отравление. Кто-то пытается погубить моего отца, и athair считает, что это мама.
Я смотрел на нее, не озвучив ни объяснений, ни слов поддержки.
Да и что я мог сказать?
Вообще, раз уж ты об этом заговорила, за всем этим стою я. Джейн тут лишь разменная монета. Скажи спасибо, что я подставил не тебя. И кстати, это еще даже не вершина айсберга, так что приготовься, милая, потому что скоро я выкачаю из твоего отца все его миллиарды и заставлю перезаложить дом, в котором ты выросла.
– У тебя правда нет никаких зацепок? – спросила Эшлинг, жестом попросив передать ей бутылку.
Я передал и помотал головой.
