Ты боишься, что не будешь достаточно силен, когда встретишь достойного противника.
— Кого? — издевательски протянул человек. — Уж не того ли паренька, что стоит за твоей спиной? Я чую его ужас. Чую его!
Последнее слово он выкрикнул, и мое сердце забилось скорее. Запах железа и соли дурманили, голова закружилась и мне захотелось выплюнуть выпитый недавно напиток. Желудок болезненно сжался. Я тотчас собрался и обратился к хладнокровию в себе. Способность отозвалась, наполняя мое нутро прохладой. Каждый нерв напитался мятной свежестью и я задышал ровнее.
— Он трясется от страха передо мной…
— Я в ужасе, — медленно сказал я, когда пауза затянулась, — от того, что животное способно стоять на двух ногах и говорить по-человечески.
Он метнулся ко мне тенью. Смазанной черной тенью в чернильной ночи. И лишь хладнокровие позволило мне не отвлечься на капли крови, которые осыпались с тела безумца при стремительном беге. Я сжал кулаки. Руны полыхнули на моей коже мрачным огнем. Тьма соткалась во что-то материальное и мои ладони потяжелели.
Противник не ожидал такой скорости и попытался обогнуть меня по дуге. Я сделал шаг назад и в сторону, присел, чтобы провести мах рукой. Моя тьма вытянулась, стала тонкой и зазвенела сталью. Чернильный клинок рассек воздух и стал достаточно длинным, чтобы вспороть чужую плоть. Дало завизжал, отскочив сторону. Он запнулся, заваливаясь на спину, но поток воздуха не позволил ему упасть. Васа управлял ветром и придержал парня над перилами, не дав ему свалиться в воду.
— Не надо меня жалеть, — зашипел монстр, зажимая распаханный живот. — Я умею многое.
Я не сразу заметил, что на палубу из него изливаются внутренности. А вместе с ними что-то еще. Это нечто заставило кровь на всех поверхностях пульсировать."
"— Меня не победить. Я есть кровь и соль. Я…
— Да заткнись уже, — пробормотал я и ударил его вновь. Клинок из тени раскололся, глубоко увязнув в черепе противника.
Он уставился на меня с удивлением ребенка, которому впервые сказали, что он не бессмертен.
Потом перевел взгляд на императора и скривился.
— Ты привел его убить меня, — выдохнул он с горечью. — Нашел способ… нашел того, кто может… сам бы ты не сумел…
Васа подошел к безумцу и встал на колени рядом с ним. Он обхватил его голову и прижался лбом к его переносице.
— Кровь от крови и плоть от плоти моей. Я не хотел тебе такой судьбы.
— Ложь, — выдохнул Дало. — Ты жрешь меня, папа. Жрешь нас, когда мы умираем не от твоей руки.