– Ты хочешь сказать, что я возвращаюсь обратно в главный офис, да? – непонимающе лепечет.
Серьёзно?
От её тупости кулаки сжимаю.
Она утащила ребёнка из кабинета, привела сюда, пока Дарина бегала и искала дочь по всей компании. А эта овца посадила кроху на кресло. Откуда та запросто могла свалиться. Дура? Больше! Отбитая дура!
– Нет, Маша, – цежу сквозь зубы. – Ты уволена насовсем.
– За что?! – порывисто делает шаг вперёд. Подлетает к моему столу, смотрит на меня жалобно и в то же время с яростью. – Что я опять не так сделала? Это всё из-за волос, да?
Быстро срывает парик.
И почему-то именно сегодня мне хочется сморщиться, глянув на это. Выглядит она как подражатель. Но это я сделал её такой.
– Видишь? – машет париком. – Сняла. Я просто смотрела на твою реакцию… Подумала, тебе приглянулся, вот и пришла в нём. Но если не нравится, я снова буду такой, как ты хочешь."
"Трогает рыжие волосы, расправляет кудри и чуть не кружится от радости. Думает, что всё так просто.
– Дело не в твоих волосах.
– А в чём? – её позитивный настрой тут же пропадает. – Я тебе надоела? Не устраиваю в постели? Или стала плохо работать?
Бесит то, что Маша пытается во всём угодить мне. Прямо до тошноты.
Раньше меня это не волновало. Наоборот, нравилось её полное подчинение. Выполнение любой команды без единого вопроса. И в сексе она молчала, когда надо. Работала отлично. До того, как я купил этот холдинг, Маша трудилась на меня долгое время. Невзрачная, хорошо исполняющая задания скромница, облачённая в бабушкины вещи.
Но навязчивая настолько, что однажды, когда у меня было жутко плохое настроение, она встала на колени и отсосала мне.
Молча.
С единственным объяснением.
Она хотела, чтобы я успокоился и отдохнул.
После того случая я стал невольно делать из неё Дарину. Водил по парикмахерским, одевал как свою маленькую одержимость. Духи, шампуни… Всё было, как у неё.
Маша была не против.
Слушалась. Смотрела на меня как на бога. Была покорной. И зависимой.
У неё – неприкрытая аддикция.
Потребность и зависимость в партнёре. Во мне.
– Ты стала мешать личную жизнь и работу, – чеканю. – Я прекрасно видел, как ты привела ребёнка в мой кабинет. Зачем? Показать, что у Дарины есть дочь? Чтобы я её уволил?
Растерянно смотрит на меня.
Играет. Сразу видно.
– Нет! С чего ты взял?!
Я впервые вижу её такой. Испуганной, злой и нервной.
– Маш, – продолжаю жёстко. – Камеры. Не одна ты такая умная.
– Она искала маму! – восклицает.
– Голос не повышай.
