Урр… так быстро и ярко… Восхитительно!
Пару минут мы стоим и пережидаем бурную разрядку. Оба тяжело дышим и долго смотрим друг другу в глаза. Потом неожиданно начинаем смеяться, почти как в кабинете. Это тоже разрядка. Эмоции все еще бурлят внутри.
— Я не выдержал, — неожиданно признается он, нежно отводя прядь с моего лица. — Ты так пахнешь. Весь мозг куда-то съезжает, когда ты рядом.
Плавит до жидкого состояния от его слов, взгляда, даже действий вот таких в спонтанных диких порывах.
Мой самец… только мой…
— И что, ты сейчас уедешь по своим делам, а мне здесь тебя ждать и скучать? — интересуюсь я.
Без претензии спрашиваю. Просто, чтоб прояснить свою роль на это время. Прикидываю, чем могла бы заняться.
— Почему скучать? — очерчивает пальцем контур моего лица. — Поедешь со мной. Ты все еще во всех документах, как моя сопровождающая прописана, — мягко усмехается на удивление в моих глазах и легко целует в губы.
— Сегодня поедем в лабораторию.
Покажу, где вакцину делают от морфов.
Мои глаза загораются жадным интересом, а Рор опускает меня на пол и легко шлепает по ягодицам.
— Сейчас душ и быстро собираемся. Твоя комната последняя по коридору. Иди, рыбка. А то если я с тобой пойду, то мы тут до обеда продолжим знакомство.
Глава 38. Папа
В секретной лаборатории мне очень понравилось. Я с большим интересом слушала молодого орса, который заведовал всем этим хозяйством. У него натурально глаза горели, настолько он был поглощен своими исследованиями и опытами.
Я и на эксперимент его согласилась, только потому, что неудобно было отказывать, когда мы столько времени у него заняли с Рором. Он ведь лично экскурсию провел и больше двух часов рассказывал и показывал, как они вакцину против морфов выделяли из рихтовского каудала.
Я сначала тоже приобщилась: сдала немного состава из своего жала. Орс просто засиял, а потом он мне предложил провести полный генетический анализ из этого образца и выявить на сколько процентов я рихт.
Рор лишь кивнул, но глаза его смеялись от моего оторопевшего вида.
Я осторожно дала согласие, не огорчая обрадованного ученого, что я и так знаю, что являюсь чистокровным рихтом.
Потом мы пообедали в императорском кабинете, потому что Рору нужно было еще кое-какие дела доделать.
Я слушала его переговоры с сотрудниками и военными из штаба и понимала, что готовится что-то грандиозное.
