Просто именно сейчас не готов был оторваться от Дашки. Он упивался ее стонами, ее ответной реакцией, тем, какая она податливая и открытая для него.
Дарья всхлипнула, крепче обняла его за шею, оплела руками, стиснула колени.
Рус окунул пальцы в ее влагу, еще глубже, сильнее, приласкал, и вновь толкнулся но уже бедрами, не вынимая руки из Дарьиных трусиков.
Она одними своими стонами сводила его с ума. Превращала в животное, не меньше. Заставляла действовать на инстинктах. Заставляла его хотеть ее сильнее, яростнее, без оглядки.
Руслан целовал ее губы, ласкал пальцами, сжимал в медвежьих объятиях. И кайфовал от ее стонов и тихих вскриков.
Он ощутил, как ее лоно плотнее сжимается вокруг его пальцев. Дашка, там, была невероятно узкой и тесной. Охренительной просто!
Рус чувствовал, как тонкое и гибкое тело двигается быстрее, резче, как бедра ерзают на нем, вышибая остатки мозга.
– Боже мой…. Боже… Руслан…, – шептала она, захлебываясь стонами.
А Рус стиснул зубы, из последних сил держа свою похоть под контролем.
Дарья задрожала в его руках, закричала. Он вовремя прижал ее к себе, обхватив голову и впившись в припухлые губы своим ртом.
Какой же сладкой она была! Какой нежной и трогательной!
Руслан и сам дышал через раз. Пытаясь запомнить каждое мгновение. Каждый стук сердечка. Каждый удар ее пульса.
Он пропал. Дашка сгубила его. Руслан это знал. Впрочем, он это понял с первого дня, как увидел.
Очень медленно Дарья опустила ноги, освободив его из желанного плена. Рус с трудом заставил себя убрать непослушные пальцы, сжал их в кулаки и уперся в стену.
А сейчас просто нужно шагнуть назад. Но как уйти? Если все, о чем он когда-либо мог мечтать, здесь? Прямо перед ним!
Он смотрел на светловолосую макушку. Дашка прятала лицо в его футболке, будто смущалась. Не похоже на нее, совсем не похоже.
А Ермака все еще пробивала дрожь. И пусть постепенно напряжение спадало, но предательский член все еще буянил.
Рус даже думать не хотел, как он сейчас стоит, во всей красе. Чертова дубина, мать ее.
Дарья потерлась щекой о грудь Ермака, разгоняя жар по венам. Все, сейчас самое время отойти от девчонки. А лучше – выставить ее за дверь. Рус даже качнулся назад, но ноги будто вросли в пол. И не касался мужчина Дашку руками. А все равно чувствовал ее остро, близко, жадно.
– Дашка! – прошипел Ермаков, выругался, глухо застонал.
Теперь настала очередь девчонки затыкать ему рот. Рус увидел, как уголки розовых губ приподняты в коварной улыбке.
