- Отчего ты собралась реветь, объясни по-человечески?
Она всхлипывает, прячет взгляд и говорит:
- Это очень личное, простите…"
"Я уже и без того понял, что там какая-то душевная драма, узнать бы, какая.
- Катя, личное тогда может оставаться личным, когда не влияет на общественное, - говорю со вздохом. - Я хочу понять, что у тебя стряслось. Может, тебе помощь какая нужна, а?
На последний вопрос она горько усмехается и говорит:
- Он вещи мои собрался сжечь…
- Какие вещи? – не понимаю.
- Все! – говорит она с надрывом.
– Мы жили вместе, он – мой жених, точнее был им, пока три дня назад не изменил мне с подружкой…
Пока она это говорит, мой лоб хмурится все больше и больше.
М-да, девушка-то, оказывается, с багажом. И я сейчас не про вещи, о которых она переживает. Я про моральный багаж.
Впрочем, у меня в анамнезе имеется такой же. Так что я без претензий по этому поводу.
- А при чем тут твои вещи? – спрашиваю угрюмо.
И тут Катерина начинает свою печальную повесть о том, как ушла от своего жениха с одной сумкой.
Как потом пыталась вернуть свое имущество, нарвалась на шантаж. Все-таки правильно я про себя окрестил его приматом. Примат и есть!
Чем дольше слушаю, тем сильнее меня коробит от того, как вообще можно так поступать с девчонкой.
Если уж она к тебе переехала, согласилась замуж, значит, доверилась. Правильно я мыслю? Как можно подобным мерзким способом топтать ту, которая тебе доверилась? Это каким человеком надо быть?
- Катенька, успокойся, - прошу ее ласково.
– Ничего он не сделает, это все дешевые понты. Получишь ты свои вещи.
- Вы его не знаете! – она и не думает успокаиваться.
- Я не знаю? – усмехаюсь. – У него на лбу написано, что он из себя представляет. Адрес его какой?
Катя с удивленным видом называет мне улицу и номер дома, квартиры.
А потом она будто спохватывается:
- Но вы же к нему не пойдете, да? Он… Он в последние дни какой-то полнейший неадекват. Вы же видели. Не надо вам больше в ним встречаться. Обещайте, что не пойдете!
- Конечно, не пойду, - качаю головой.
– Делать мне больше нечего, как с этим придурком общаться.
Катя кивает с видимым облегчением.
Улыбаюсь ей.
Я и вправду не пойду.
Я поеду. И не один. Но малышке Катерине о моих планах знать совершенно необязательно.
- Ты не переживай, - смотрю на нее успокаивающим взглядом. - Ничего он с твоими вещами не сделает. Иди умойся и спокойно работай, все решится, я тебе обещаю.
Она еще раз шумно всхлипывает, кивает.
