Истинный целитель должен стремиться помогать всем, кто в этом нуждается, вне зависимости от собственных чувств — спасать всех, кого еще можно спасти. Вот только целитель внутри нее проиграл бой влюбленной женщине, и главным, чего хотела Лина в тот момент, было накрыть щитом Айрторна — уберечь даже ценой собственной жизни.
Поэтому она просто вышвырнула из себя силу. Потоком, не сдерживаясь, на всю оставшуюся мощь резерва: Линдена спасти во чтобы то ни стало, Андера — если получится. То, что щит все же дотянулся и до него, было действительно не более чем везением — счастливым стечением обстоятельств.
Так что Лина не соврала и полусловом: ее заслуги в спасении его жизни было немного. Но то, что ей теперь предстоит жить с этим своим решением и новым знанием о себе, только ее проблема.
— Будь счастлив, — сказала она, прощаясь. — Ты этого заслуживаешь.
— Ты тоже, — эхом откликнулся Ферд.
Она не была в этом столь уверена, но лишь благодарно улыбнулась и кивнула.
* * *— Вот ты где, — Айрторн перехватил ее возле раздевалки.
Перехватил в прямом смысле слова: поймал и закружил по коридору. — Чего такая смурная? — спросил, когда поставил на ноги и заглянул в глаза. — Что-то случилось?
Случилось ли? Ничего нового, откровенно говоря. Но этот день выпил ее до дна, едва ли не больше, чем время, проведенное в подвале Дорнана.
Лина покачала головой.
— Ничего. — После чего потянулась к Линдену и крепко обняла, прильнув к нему всем телом. — Давай просто уйдем отсюда и побудем только вдвоем, — зашептала куда-то в шею.
— Без воспоминаний о прошлом, без планов на будущее. Чтобы было только ""здесь и сейчас"". Пожалуйста, это единственное, что мне сейчас нужно.
Она почувствовала, как напряглись его руки на ее спине.
— Значит, все-таки случилось, — безошибочно понял он. И тут же встряхнулся, словно дав себе мысленный подзатыльник. — Без проблем, — заговорил бодрее. — Куда ты хочешь? Пообедать? В общежитие? Погулять?
— Мне все равно, — честно призналась Лина. — Лишь бы с тобой, и чтобы больше никого поблизости.
Айрторн хмыкнул и, кажется, озадачился.
— Ну-у, в общежитии, полном новых жильцов, это будет проблематично."
"А еще там тонкие стены. Розария всегда жаловалась, как ей мешал спать громоподобный храп Петера. А сама Лина не единожды слышала стоны Люси и скрип кровати из комнаты Дорнана.
Люси и Дорнан…
Линетта зажмурилась. Не думать. Только не о них.
И она еще сильнее вцепилась в Линдена. Потому что он — ее якорь. Он — ее ""здесь и сейчас"".
