Но тот уже выскочил за пределы освещенного светлячками пространства. Благо все же остановился, но теперь Лина видела его в темноте лишь магическим зрением. Аура мальчишки тревожно мерцала всеми цветами волнения, близкого к панике.
— Стой, мы сейчас.
Она вновь подхватила юбку, в очередной раз вспомнив кожаный брючный костюм Лукреции, и первой шагнула за мальчиком.
— Я здесь. Скорее, — прокричал из темноты тот.
— Куда скорее-то? — проворчал последовавший за ней Линден. — Нет тут ее, видно же. Птички, белки…
— Может, он что-то нашел? — предположила Лина, осторожно переступая через поваленный ствол дерева.
Как только Моррен умудрился его с такой легкостью перемахнуть? — Шапку? Перчатки?
— Не нравится мне все это, — напряженно произнес Айрторн.
— Мне тоже, — призналась Линетта.
Сделала следующий шаг, как вдруг земля под ногами разверзлась, и она полетела в темноту.
ГЛАВА 10
Полет в темноту, который совершенно невозможно остановить или хотя бы замедлить, удар об землю, от неожиданности выбивший воздух из легких, и дикая боль, охватившая ногу от ступни до самого бедра.
Чудовищно больно — до искр из глаз, до зубовного скрежета.
Уши заложило, то ли действительно от грохота, вызванного падением, то ли от шока и боли. Когда же слух наконец вернулся, до Лины донеслось приглушенное чертыхание неподалеку, и она крепче сжала зубы — теперь уже не только от боли, но и от осознания того факта, что угодила в ловушку не одна.
— Живая?
Вокруг было темно хоть глаз выколи, Линетта лишь поняла, что голос Айрторна донесся откуда-то слева.
Сил зажечь светлячок не было — они все уходили на то, чтобы не кричать в голос. Никогда в жизни она еще не испытывала такой боли.
Вдох-выдох… Собраться… Ерунда, боль скоро отступит…
Только хорошо изучать специфику переломов, сидя на лекциях или в библиотеке академии, а когда ощущаешь, каково это, на своей шкуре, не до рационального мышления.
— Жи… вая, — выдохнула Линетта. — Но… гу… сломала…
И так обидно стало от осознания этой простой истины, что к глазам подступили слезы.
Говорил же отец еще в детстве: ""Учись падать"". Так и не научилась.
В ответ над головой наконец-то зажегся цвет. И хотя Лина этого ожидала, все равно пришлось зажмуриться. Заодно выгадала для себя мгновение, чтобы проглотить глупые слезы.
— Серьезно? — В тусклом свете подвешенного в воздухе ""светляка"" лицо Линдена выглядело бледнее обычного, хотя он и так не отличался загаром.
