А если всё оставить, как есть? Вы такое не рассматриваете? – она снова сделала акцент на «вы», имея в виду Тарисова и его людей.
Надо же! Оказывается, над их историей работают! Черт побери, звучит!
И как тут сдержать иронию – непонятно.
Её сарказм оценили. Потому что, если раньше в глазах Тарисова она замечала леность и толику снисходительности, сейчас в них появился опасный и предупреждающий огонь. Юля даже обрадовалась. А нечего! Её колотит, а он общается с ней, как со своими подчиненными!
– Почему же… Рассматриваем и такой вариант, – мужчина едва заметно прищурился.
Зато его плечи заметно напряглись. – О последствиях мне тебе подробно рассказать?
Юля глубоко задышала. Что бы она ни делала, что бы ни говорила, он был на шаг впереди.
Это неравенство не просто раздражало, оно угнетало. Юля всегда предпочитала равные диалоги. Понятное дело, что, допустим, с начальством на равных не поговоришь. Но с мужчинами она никогда не испытывала никакого дискомфорта.
Демьян Тарисов постоянно ставил её на ступень ниже себя.
И это бесило. Иначе не скажешь. Юле приходилось обороняться.
– Журналисты всё перевернут, да? – догадалась она с запозданием.
– Даже не сомневайся. Они нацепят на тебя ярлыки. Я даже вслух не буду их озвучивать. Поверь, самым безобидным сценарием станет история, где ты прилетела на Кипр с Влассисом Кавьяром. Ты, естественно, с ним состояла в интимным отношениях, более того, скорее всего, и с его другом. Последний и выступил в качестве сводника, дав тебе координаты моего дома.
Почему? А потому что любовник – твой и Кавьяра – очень опасался потерять последнего, видел в тебе соперницу и решил таким образом скомпрометировать, отправив…
– Не продолжай. Не надо."
"Её бросало то в жар, то в холод, и Юля пожалела, что допила третий бокал. Потянула руку, чтобы взять его, но в последний момент заметила, что он пуст. Пришлось сцепить пальцы в замок.
– Тебе может показаться, что я говорю излишне жестко, но, поверь, я, наоборот, сглаживаю углы.
– Я поняла. Только легче не становится.
– Юля, наша с тобой самая большая загвоздка заключается в том, что ты не хочешь идти на сотрудничество.
Юля вскинула голову и посмотрела прямо в голубые глаза Тарисова, в которых по-прежнему не было и намёка на потепление. Лед, бескрайний и бесконечный.
– Демьян, ты предлагал мне деньги за ребенка! – сорвалась она, тщательно следя за тем, чтобы не повысить голос. – О каком сотрудничестве идет речь?
– Об обычном. Мы – родители Сергея.
