Или сегодня вечер такой неправильный? Почему везде ей чудится сексуальный подтекст?
Да, она на корточках.
Да, мужчина снова остановился слишком близко.
Черт возьми, это не повод смотреть ему на ширинку и замечать его возбуждение!
И думать о том, что она находится едва ли не на коленях.
Юля лишь мазнула взглядом по его лицу, и её пробрало. Потому что сейчас, наконец-то, на нем появились эмоции. Потемневшие глаза прищурены, губы плотно сжаты. Кадык нервно дернулся.
Юля медленно поднялась, сердце настолько громко стучало в груди, что, казалось, его слышит и Демьян.
Папку прижала к боку.
Мужчина медленно протянул ей бокал, Юля его приняла.
– Спасибо.
Закусить ей ничем не предложили.
А-а-а… И ладно. Вспомнит студенческие годы, порой и не в таких условиях зависали, и из закуски на компанию из пяти человек был лишь сухарики. И пили они тогда явно не дорогие напитки.
Виски обожгло горло, Юля закашлялась.
– Осторожнее.
Он ещё и заботу проявляет!
Гад… Вот гад, и всё тут.
Юле захотелось плакать.
Она вернула ему стакан. Мужчина стоял снова опасно близко. Снова её провоцировал?
– Папе нужна операция, – тщательно выговаривая каждое слово, сказала девушка. – Но я не думаю, что он согласится на неё по вашему ходатайству.
Тарисов ответил не сразу. Слегка склонил голову набок и молча рассматривал Юлю, отчего той сразу же захотелось проверить, всё ли у неё в порядке с лицом, и не задралось ли платье.
– Одна из самых распространенных ошибок людей – думать за других.
Юля нахмурилась, сначала не поняв, к чему относится его фраза.
"
"– Я не думаю. Я знаю.
– Конечно, если ты настроишь отца против меня… – Тарисов пожал плечами, а потом спокойно продолжил: – На самом деле, Юля, мне всё равно. Честно. Мне не сложно организовать квоту на операцию, если он не хочет принимать помощь от меня. Не сложно договориться об операции в ведущей клинике столицы. Мне это ничего не стоит. Я хотел помочь. Нет, значит, нет. Дальше идем.
У Юли от его спокойного тона засосало под ложечкой.
Мужчина говорил о значимых для неё вещах обыденно. И ведь на самом деле для него они ничего не значили. Один звонок…
А она?.. Стоит, выделывается и ощущает гигантскую пропасть между собой и этим человеком.
Верните её, пожалуйста, назад. Домой. На их тихую улочку.
Пожалуйста…
– Следующий момент, который мы должны обсудить. Я человек публичный. За мной наблюдают. Выжидают, следят. Кто как предпочитает выражаться. На меня работает целая команда.
