Но ты даже перед ними меня умудряешься стесняться!
Юля открыла рот, чтобы возразить, но так и ничего не сказала. Демьян потянулся, взял бокал и залпом его осушил.
– Как малолетки, честное слово.
Юля насупилась. Даже руки на груди скрестила.
– Ты сам меня загнал в такие условия.
– Ок, – мужчина даже вскинул руку кверху. – Я сам. Отлично. Тогда давай решим, как нам тебя из этих условий вытянуть. Заметь, я сказал «решим»! Оба. Вместе. Потому что… Юля, у меня всё чаще мелькает мысль перекинуть тебя через колено и отшлепать.
Причем безо всякого сексуального подтекста. Подтекст добавить уже потом.
Юля фыркнула.
– Без рукоприкладства, пожалуйста.
Она попыталась шуткой разрядить накалившуюся атмосферу. Ещё пару минут – и воздух можно смело резать ножом для льда.
Не получилось.
Демьян продолжил её буравить взглядом.
– Я жду твоих предложений.
– Вот! Снова! – Юля заерзала, натянуто улыбаясь. С бешено колотящимся сердцем, которое грозилось зайтись в истерике. Она рассчитывала на томный вечер, а получались самые настоящие разборки.
– Могу предложить обучение.
Юля отпрянула назад.
– У меня есть образование, Демьян.
– Я в курсе. Я про другое. Что тебя смущает? Ты не чувствуешь себя уверенной в обществе тех, с кем сегодня общалась. Так? Так. Ты вбила себе в голову, что тебе необходимо быть своей среди этой… – Демьян сделал паузу. – Всё просто. Тебя научат. Всему. В этом загвоздка?
– Всему. Звучит неплохо.
– Юля…"
"– Я больше не буду паясничать. Честно.
На лице собеседника не дрогнул ни один мускул.
Он, в отличие от неё, оставался серьезным.
– И… я подумаю.
Тарисов кивнул.
– Ещё вина?
– Без тоста.
– Как скажешь.
Он долил вина, а Юлю не покидало ощущение, что самое интересное заготовлено на потом.
Демьян никуда не спешил. И он ничего ей не сказал по поводу возвращения в Москву.
– Ты меня упрекаешь в неопределенности, – продолжил он, а у Юли внизу живота появилась неприятная тяжесть, никак не связанная с возбуждением. Их одежда, интимность атмосферы никак не сочетались с серьезностью разговора.
– Хочешь, чтобы я сказал тебе по поводу Сергея? Я говорил, Юля. Что буду жить с сыном. Тихо! Не перебивай. Лучше скушай устрицу. Вот так, умница. Дальше идем… Я говорил тебе, что ты мне нравишься. И сильно. Но почему-то ты тоже и эти мои слова не восприняла всерьез.
– Я восприняла.
– Неужели?
– Ты говорил про фиктивные отношения, – буркнула она, едва не давясь второй устрицей и уже тихо желая себе, чтобы у неё случилось несварение желудка.
