То есть быть собачкой на приборной панели машины? Класс! Вот это роль! Шутки Елисея? Катя вообще представляет, о чем меня просит?
«Никакой инициативы в действиях! Пусть думает, что он рулит процессом, а мы будем вносить коррективы тайно».
Ага, хлопать ресницами и изображать из себя дурочку-хохотушку без мозгов. И в такое он должен влюбиться?
«Больше чувственности и откровенности! Будь рядом с ним слабой, нежной и романтичной».
Романтичной? Рядом с этим булыжником?!
«Перейти границу дружбы в шаге номер пять! Главная цель – завоевать доверие».
Наконец-то добираюсь до последней строчки и кладу руку на живот.
– Меня сейчас стошнит, – произношу я тихо, чтобы учитель физики не услышал.
– Сладкий чай и блинчики тебе помогут, – собранно отвечает Катя. – Скорее всего, объект, как и последние несколько дней, будет ждать тебя на выходе из столовой.
– У него сегодня есть физра?
– А что?
– Ему может понадобиться запасная одежда, – отвечаю я и проглатываю кислую слюну.
– Лана, успокойся. Все будет хорошо, слышишь? Я же с тобой.
Громкая трель звонка пугает до красных бликов перед глазами. Усмиряя разбушевавшийся пульс, складываю учебные принадлежности в рюкзак и встаю из-за парты. Катя поправляет мне волосы у лица и протягивает блеск для губ:
– Ты прекрасно выглядишь, прекрати дергаться.
– Легко сказать…
Гомон в столовой такой же, как и всегда, но я слышу его будто сквозь вату. Смелость сегодня точно меня покинула, зато страх кружит рядом и мерзко хихикает. Катя пытается разрядить обстановку разговором о докладе по истории, который она собирается рассказывать на следующем уроке, но это не помогает.
Подношу уже полупустой стакан с чаем к губам. Нужно успокоиться. Ничего страшного не случится. Делаю пару глотков, и Катя вдруг замолкает. Удивление на ее лице быстро сменяет хитрая улыбка, и она продолжает рассказ, который уже не имеет смысла. Моих напряженных плеч касаются горячие ладони, дыхание проносится по шее и затылку:
– Как же медленно ты пьешь чай. Поставь, пожалуйста, этот чертов стакан.
Напрягаю пальцы, нервозность так и подмывает сделать гадость и плеснуть чаем в самодовольную моську, но благоразумие все еще при мне. Игра началась. Послушно опускаю стакан на стол, непривычно нежный голос ласкает слух:
– Умница, теперь расслабься. На нас все смотрят, а ты выглядишь так, будто я тебе расправой угрожаю.
Делаю серию спокойных вдохов и выдохов и медленно оборачиваюсь. Темные глаза смеются, запах лимонной конфеты щекочет нос.
