– Подержи-ка, – говорю я, прижимая к его животу картонную табличку, а после пишу черным цветом одно слово прямо на лбу у Андрюши, которое полностью его характеризует. – А теперь улыбнись.
Просьба остается без внимания, но я все равно делаю пару кадров и отправляю все фотографии Лане. Теперь дело за девчонками, их ход. Закидываю лямку портфеля на плечо и направляюсь к двери. Вслед летит жалобное:
– Ты же не оставишь меня здесь?! Я сделал все, что ты просил!
Кладу мобильник Андрея на подоконник и бросаю, не оборачиваясь:
– Пусть тебя спасают друзья, если им, конечно, не плевать.
"
"Выхожу на свежий воздух, белизна снега ненадолго ослепляет. Чуть в окно не сиганул. Если я прав, а ошибаюсь я редко, то наш следующий шаг может обернуться трагедией. Набираю номер Ланы и прижимаю телефон к уху, шагая к прорехе в заборе.
– Алло, – отвечает она взволнованно.
– Как я смотрелся?
– Ты был ужасен, настоящий якудза. Бита, пластырь на носу, безумный взгляд. Просто мороз по коже.
– Якудза – японская группировка, в Китае – Триада, – усмехаюсь я.
– Да? Я запомню.
– Что с реакцией на эфир?
– В комментариях разразилась настоящая бойня. Равнодушных почти не осталось.
– Это хорошо. Катя скинула видео манипулятору?
– Да, но он еще не ответил.
– Не пишите ему больше.
– Почему? Мы же еще не узнали, кто он.
– Зато я узнал. Переходите сразу к посту и напишите кому-нибудь из гимназии, чтобы пришли за Андрюшей. Я его там оставил.
– Елисей…
– Лана, я позвоню тебе позже.
– Что?! Нет! Куда ты собрался? К нему пойдешь? Один?! Не вздумай!
– Все будет хорошо.
Не волнуйся, ладно?
– Как мне не волноваться?!
– Лана, ты мне веришь?
– Конечно, но…
– А без «но»?
– Только не отключай телефон, – тихо отвечает она.
– Держите меня в курсе, если вдруг что-то пойдет не так.
Глава 22
POV ЕлисейЗаношу палец над дверным звонком и на мгновение останавливаюсь, поддаваясь сомнениям. Оглядываю промозглый подъезд: зеленая краска на перилах шелушится, побелка на стенах покрыта толстым слоем пыли, к деревянной лакированной двери прибиты цифры – «45».
Я был здесь всего пару раз. Первый, когда Гриша сломал руку, навернувшись с крыльца гимназии не без посторонней помощи, а второй – во время зимних каникул пять лет назад. Место верное, но живет ли он здесь до сих пор? Придется проверить.
Жму на кнопку звонка и отступаю от двери, засовывая руки в карманы куртки. Секунды больно бьют по затылку, но я дышу ровно и глубоко, не желая проигрывать страху.
