Вот и пришлось тебя искать.
— А Марьян? — спросила я одновременно и у Колобка, и у безголосого домика.
— А Марьян дурак. Упустил хороший шанс.
— Но по документам владелец же он, да?
— На самом-то деле у избушек нет владельцев. Я же тебе говорил. Они сами по себе, но могут пустить смертных для совместного проживания. Так что его документы — это ничего не стоящие бумаги, раз он отказался связать себя кровной связью.
Я так не считала, потому что, как человек современный, была убеждена: документы — это важно.
Но где этот неизвестный Марьян шляется, неясно, может, вообще в другом мире. А мы тут. Ой! Кстати!
— А мы что, будем одновременно во всех мирах, да? Та девочка с мамой… Мама фея была. Просто я думала, что это так ласково. А она настоящая фея⁈ И про вампиров речь заходила…
— Вот что ж ты такая дотошная? — недовольно вздохнул Колобок. — Нет бы как все нормальные человеки сначала все посмотреть, исследовать, изучить…
— Так я изучаю. Информацию.
— Когда избушки якорятся где-то и сливаются с потоками мира, то в них можно попасть из ближайших двух-трех.
Мир, где они встали. И парочка сопредельных.
— Ага. Понятно, — поняла я, что ничего мне не понятно.
Но решила отложить вопросы на потом. Все равно за один раз все не вытащишь из моего единственного информатора.
Домик мне понравился. Немного старомодный торговый зал, в который попадаешь прямо с крыльца.
В подсобные помещения и на лестницу, ведущую на второй этаж, можно было пройти только через него, зайти за прилавки и через межкомнатную дверь.
На мой взгляд это неправильно, нужен бы еще один черный вход из кухни или из внутреннего коридора. Кухня, к слову, хорошо оборудованная, в ней имелись и вполне современные духовые шкафы, и конфорки, и еще и русская печь с большим зевом. Множество шкафов, внушительный рабочий стол и обычный обеденный с приставленными стульями. Большой двухдверный хромированный холодильник и дополнительно — холодная комната и кладовая.
А на втором этаже — три спальни, симпатичная гостиная, вмещавшая еще и письменный стол и шкаф с папками и книгами в углу, и ванная комната.
В одной из спален, с синими обоями и темной мебелью, так и оставались вещи Марьяна. Он явно не утруждал себя идеальным порядком. Одежда висела на спинке стула, что-то валялось на кровати. На столе лежал блокнот.
Я не стала заходить и трогать чужое имущество. Немного постояла на пороге, осмотрела комнату и вышла, тщательно прикрыв за собой дверь.
