Устала, перенервничала, новое жутковатое место, страшно же еще. Старик-злодей вроде вел себя прилично, но мало ли. Маньяки тоже выглядят душками и исключительно положительными людьми, пока не начинают убивать жертву. А репутация у Кощея так себе.
Так что я держалась, источала позитив, легкую придурковатость и максимальное дружелюбие, чтобы не провоцировать хозяина дома. Вежливость — наше все. Ну и время тянула. Я верила в то, что Коля, Мими и Марьян за мной придут. Значит, сохраняем спокойствие и ждем волшебный МЧС.
Кощей удивил при прощании. Подарил мне кучу украшений. Пыталась отказаться, но он так посмотрел, что мне сразу же стало понятно: я страсть как люблю цацки. Вот прямо обожаю! И сережки с рубинами будут чудесно на мне смотреться."
"Правда, сказки не врали. Кощей Бессмертный над златом не просто сам чах, но и не понимал малые объемы. Он просто цапнул золотишка из сундука, сколько вышло, и мне в руки вложил. Вышло много — дед он крупный, высокий, ладонь у него большая и с длинными пальцами.
Поэтому я так и отправилась наружу, держа целую кучу цепочек, браслетов, серег и не знаю, чего еще, в ладонях, сложенных ковшиком. Потом посмотрю, чем я тут внезапно обогатилась.
Мы попрощались, прошли через пустой двор за ворота. Там я оглянулась и взглянула на дом снаружи. Не дом. Замок. Черный, мрачный, запущенный. И снаружи все пусто и черно, голая земля, ни травинки. Темное мглистое небо нависает. И забор из почерневших от времени бревен с мощными двустворчатыми воротами, которые запираются изнутри на засов.
Сейчас они были распахнуты, а за ними переминалась с ноги на ногу Мимоходом.
В этом мрачном краю она смотрелась чужеродно, словно Барби в розовом платьишке на вечеринке крупных брутальных байкеров в черных кожаных штанах и косухах.
Мы вышли за ворота, и они сами по себе захлопнулись за нашими спинами. Заскрежетал засов изнутри.
— Ты как? — спросил Марьян, поддерживая меня за талию и ведя к Мимоходом.
— Голова болит очень. Сейчас придем, душ и спать.
Что-то устала я.
Он тихо вздохнул, но отвечать ничего не стал. А мы дошли до избушки, и только в этот момент она опустилась крыльцом на землю, чтобы мы смогли подняться. Мы с Марьяном вошли, он прислонил меня к стене внутри торгового зала и принялся запирать дверь.
А я повернулась лицом к стене, прижалась к ней щекой и сказала:
— Привет, моя лапушка. Спасибо, что вы пришли за мной.
Она заквохтала утешающе, как мамы-курочки успокаивают своих цыплят.
