И ложь продолжала накапливаться, как дерьмовая еда на шведском столе.
Джесси прищурилась.
– Ты ведь не преследуешь меня? Потому что, думаю, моя нынешняя жизнь уже исчерпала свою долю безумия.
Я посмотрел на нее с жалостью.
– Ты почти не выходишь из дома и одеваешься как монашка подросткового возраста. Без обид, но из тебя бы вышла непривлекательная сталки.
– Слова «сталки» не существует.
– Но ты должна признать, что звучит оно отлично."
"Она бы уже улыбалась сейчас, если бы не была такой сломленной. Но она была.
Поэтому вместо улыбки Джесси просто кивнула.
– Я пришла сюда, чтобы набраться храбрости. Шэдоу уже два дня отказывается от еды и воды. Мне нужно отвезти его в ветеринарную клинику.
Я смутно помнил пушистый комок грязи на детской площадке. Она прижимала его к груди, как новорожденного ребенка, хотя он был достаточно большим.
– Хорошо, поехали, – я кивком указал на одну из многочисленных дорожек лабиринта. Джесси подняла взгляд, ее глаза светились надеждой.
– Ты поедешь со мной?
Ее благодарность меня угнетала.
Какую же роль в жизни этой девушки играли ее родители, помимо попыток отправить ее на работу, чтобы она поскорее смогла покинуть отчий дом?
Я пожал плечами:
– До девяти вечера у меня не назначено других встреч с клиентами.
Не знаю, зачем я это сказал. Хотя вообще-то знаю. Я сказал это, потому что мне самому не стоило забывать, что Джесси Картер – мой проект, а не девушка для свиданий. Но это все равно не объясняло, почему я тщательно изучал ее лицо в поиске эмоций и реакции на мои слова.
И точно не объясняло, почему я чертовски ненавидел тот факт, что ничего там не нашел.
– Ладно, тогда нам лучше поторопиться. Я знаю еще один выход из лабиринта, без возвращения к точке входа. – Она скривила губы в усмешке. В ту же секунду моя логика вылетела в окно. Я раньше не видел у нее такого выражения лица. Предполагаю, что это отголосок ее прежнего «я». – Следуй за мной, – махнула она рукой.
Мой взгляд прилип к ее заднице, и я больше не преследовал ее.
Нет, я на нее охотился.
Ждал ее, сидя в засаде.
Зная, что атака никогда не состоится.
Понимая, что ничто не сможет компенсировать урон, который я собирался нанести.
Глава седьмая
Бэйн
– Подожди, я только возьму поводок для Шэдоу.
Запомните эти слова, потому что именно они и привели к дерьмовому шоу эпических масштабов, спонсором которого выступила Пэм Моргансен, а режиссером стал ваш покорный слуга.
Вот как все произошло: я стоял в фойе рядом со старейшей в мире собакой.
