Они стали моим самым сильным оружием на войне, через которую я прошла.
Так я и получила работу.
Было приятно снова заняться полезным делом. И еще приятнее – самостоятельно найти новую работу. Даррен оставил мне достаточно денег, чтобы обеспечить меня и мои следующие двадцать поколений, но я не собиралась тратить из них ни цента. Я мечтала пожертвовать их женским приютам и другим благотворительным организациям, но на самом деле пока не нашла в себе силы, чтобы обдумать все это.
После того как меня наняли, я отправилась к миссис Белфорт, чтобы попрощаться.
В тот же день ей предстояло сесть на самолет вместе с Кейси. Райан оставался еще на несколько дней, чтобы уладить вопрос с документами. Мы с миссис Би обнимались и плакали, и я задумалась, почему так долго не могла взять инициативу в свои руки и помочь ей. Помочь себе. Но ответ лежал на поверхности.
Я не ощущала себя живой, пока в моей жизни не появился Бэйн.
Теперь я вернулась. Я снова могла чувствовать. Мое сердце, словно зверь, запертый в клетке, долгое время сдерживало свою ярость.
Оно испытывало голод и жажду крови. И я собиралась накормить его, потому что новая Джесси умерла. Ее неподвижное, безжизненное тело осталось лежать на холодном песке пляжа в тот вечер, когда ко мне вернулись воспоминания.
И тогда я поняла, что и не стала прежней. Во мне родилась более новая, более сильная версия Джесси. Та версия, с которой лучше не связываться. Она заставит всех заплатить. Абсолютно всех."
"После встречи с миссис Би у меня осталось еще одно дело в Эльдорадо – я заехала к Рен.
Ее родители жили на вершине холма, в одном из таких особняков, которые показывают в боевиках про Джеймса Бонда. Я постучала в ее дверь и выставила напоказ свою самую невинную улыбку. Рен открыла дверь и тут же сморщила свой нос от отвращения, как только заметила меня. На девушке были спортивный топ и штаны для йоги. Из музыкальных колонок позади нее звучала песни Cardi B.
– Зачем ты пришла? – Она уперла руки в бедра и посмотрела на меня сверху вниз.
Во время нашей с Рен последней встречи Бэйн чуть не убил ее друзей. Неудивительно, что она встретила меня без энтузиазма.
– Я хотела извиниться, – ответила я, невинно захлопав ресницами. – За ту ночь на трассе. Думаю, тебе уже известно о моем отце… – Я назвала Даррена отцом, хотя единственный титул, который он действительно заслужил в своей жизни, это изворотливый насильник. Но у меня созрел план.
