Кроме того, после моего сообщения Даррену я очень сомневалась, что они захотят снабдить меня деньгами.
Я припарковалась перед особняком и зашла внутрь. Тишину нарушали только стрекочущие снаружи сверчки и звук работающего холодильника. Несколько раз я позвала Пэм, не желая быть застигнутой врасплох, и когда никто не ответил, я вздохнула с облегчением. Осторожно поднялась в свою спальню, где набила вещами две сумки. Спустив их к машине, я уже собиралась сесть за руль, но, вспомнив, что кое-что забыла, хлопнула себя по бедру.
«Капитанская дочка». Я хотела забрать книгу с собой. Она принадлежала отцу, и кто знал, что эти двое могли с ней сделать. Это единственная вещь, которая у меня от него осталась.
Все тома классической литературы хранились в кабинете Даррена, потому что Пэм считала, что прислуга может их украсть и продать на аукционе. Очередная глупость, учитывая, что совсем недавно она еще сама была среди наемного персонала. Впрочем, неважно. Я знала, что не было никаких шансов, что Даррен окажется в кабинете.
Там у него стоял монитор, на котором в режиме реального времени отображалось все, что охватывали камеры как снаружи, так и внутри дома. Он бы уже давно заметил мое присутствие и попытался объясниться.
Поразмыслив долю секунды, я решила: к черту сомнения. Мой отец важнее Даррена, Пэм и их лжи. Я вернулась в дом и направилась в домашний кабинет Даррена.
Открыв дверь, я почти мгновенно осознала, что проблема многих людей заключается в том, что в любой ситуации они всегда жалеют себя ровно до того момента, пока не приходит осознание, что все может стать намного хуже.
Говорят, лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Но я бы предпочла вечно тонуть в приторной лжи после того, как открыла дверь и увидела его.
Даррена.
Или то, что от него осталось.
Я схватилась за дверную ручку, тяжело дыша. За последние сутки я так часто задавалась вопросом, каково это теперь будет – встретиться с ним лицом к лицу, но я никогда не думала, что встреча получится такой.
Он лежал ничком на полу, вокруг него растекалась лужа крови. Сначала я была слишком шокирована, чтобы как-то отреагировать. Я просто стояла на месте и дрожала, как осенний листок. В его руке все еще был зажат пистолет. Сцена выглядела свежей. Реальной. И трагичной.
Преодолев оцепенение, я достала телефон и набрала 911. Я решительно сообщила о случившемся, предоставив им все необходимые детали. Мне велели ничего не трогать и покинуть комнату.
