– У меня просто немного кружится голова. – Она забросила свои светлые волосы назад и, прищурившись, продолжила смотреть в сторону берега.
– Ты бледная. – Я преуменьшил, но сказать правду было бы не по-джентльменски. – Отправляйся домой. Волны никуда не денутся.
Она повернулась назад:
– Эй, Бек! Моя дочь на пляже. Верни свои трусы на место, грязное животное.
Мне нравилось, что она называла свою падчерицу дочерью. Эта семья была самой настоящей из всех, что я видел, хотя они и знали друг друга всего несколько лет.
– Что насчет тебя? Ты в порядке? – Эди провела по воде кончиками пальцев.
– Никогда не чувствовал себя лучше.
– Надеюсь, ты все еще не забываешь про презервативы? – она выгнула влажную бровь. Эди часто задавала мне этот вопрос, с тех пор как я решил зарабатывать с помощью своего тела.
Поборов желание закатить глаза, я толкнул ее доску ногой.
– Ты разбиваешь волны, Гиджет. Или начинай серфить, или убирайся отсюда на хрен.
Я проследил, как Эди поплыла в сторону берега, прежде чем повернулся, чтобы разобраться с Беком и Хейлом, и обнаружил, что они уже сидят на своих досках в паре метров от меня.
– Шоу окончено, – я плюнул в воду.
Бек запрыгнул на свою доску – у ублюдка имелись все задатки инструктора по йоге – и исполнил раздражающий танец с выпадами паха вперед, к которому прибегают все озабоченные придурки, домогающиеся каждое живое существо в поле своего зрения. Со своими длинными каштановыми волосами он выглядел как молодой Мэтт Дэймон. Бек начал петь «The show must go on» группы Queen, с силой сжав кулак.
Я взял Бека под свое крыло в надежде сделать из него профессионального серфера, ради которого все будут спешить насладиться соревнованиями. Он был хорош, как Келли Слейтер[10], но еще и ленив, как Гомер Симпсон[11], так что мне приходилось активно готовить его к соревнованиям в конце сентября. Я единственный, кого он боялся, поэтому если кому и удавалось оторвать его задницу от кровати каждый день в пять утра, то только мне.
Хейл покачал головой.
– Постригись, кретин. Твой пах выглядит как Фил Спектор[12], – указал он на пенис Бека. Тот засмеялся, его хозяйство раскачивалось, как волосы в рекламе шампуня.
Хейл снова повернулся ко мне, и теперь мы втроем сидели как придурки, разрушая волны. Прекрасно.
– В этом месяце обход за мной, верно?
Обход подразумевал сбор денег за протекцию с магазинчиков на набережной.
– Верно.
– Могу я еще что-нибудь сделать? – он прижался прессом к доске.
