— Миссию, возложенную на тебя в видении?
— Нет, у него свои цели, у них — свои. И цели эти не совпадают. Эти две силы борются между собой.
— А не сбежать ли тебе куда-нибудь? Ну, скажем, в Тибет? Интересно, что они станут делать тогда?
— Ты хочешь туда поехать?
— Если я отправлюсь с тобой, это уже не будет бегством. Ну а если серьезно… Что, если ты действительно где-нибудь укроешься?
— Откуда мне знать? Да и какой смысл гадать, если я не собираюсь прятаться? Уверен, они хотят, чтобы я сразился с ним и разрушил его планы, помешал ему выполнить задуманное.
— Они хотят, чтобы ты разорвал цепь, — сказала Роуан. — Так, по крайней мере, выразилась старуха. Под словом «цепь» она, насколько я поняла, подразумевала то наследие, которое было оставлено семье Шарлоттой, хотя о столь далеких предках она со мной не говорила. Сказала только, что пыталась это сделать сама и что это в моих силах.
— Версия вполне правдоподобная, — заметил Майкл — И очевидная. Но должно быть что-то еще, связанное непосредственно с ним.
Ведь недаром же он появлялся именно передо мной. Этому должно быть объяснение."
"— Согласна. Теперь выслушай меня внимательно. Я готова прочесть досье — от корки до корки. Но я тоже видела этого призрака. И обратила внимание, что он появляется не просто так. Он каким-то образом воздействует на то, что происходит вокруг.
— Когда ты его видела?
— В ту ночь, точнее, в те минуты, когда умерла моя мать. Я попыталась позвонить тебе, но не застала в отеле.
Я была напугана до смерти. Однако дело даже не в появлении самого призрака. Важнее другое. То, что сопровождало его появление. Вода вокруг ни с того ни с сего вдруг забурлила так сильно, что дом раскачивался на сваях, словно игрушка. Я уточняла: в ту ночь не было никакого шторма ни в заливе Ричардсона, ни в заливе Сан-Франциско, не было ни землетрясений, ни каких-либо иных аномалий — в общем, ни единой причины природного характера. И это еще не все. В следующий раз я явственно ощущала его прикосновения.
— Когда это было?
— В самолете. Я думала, это просто сон. Но нет. Боль была такой, как если бы я занималась любовью с очень крупным мужчиной.
— Ты хочешь сказать, что он?..
— Мне казалось, я сплю… Но сейчас важно не это. Важно то, что это существо отнюдь не всегда бесплотный призрак. Оно может становиться вполне материальным, но эта материальность проявляется в какой-то специфической форме. И меня очень интересуют его параметры.
