— В Ирландии действительно подвешивают над дверью ветки рябины?
— Да, — печально кивнула сестра Бриджет-Мэри. — Только едва ли от этого есть хоть какая-то польза.
Кто же настоящий отец Роуан Мэйфейр?
Исследование, проведенное в больнице, показало, что группа крови девочки соответствует группе крови Кортланда Мэйфейра, умершего менее чем за месяц до ее рождения. Позволю себе напомнить, что Кортланд, вполне вероятно, приходился отцом и Стелле Мэйфейр, а данные, сравнительно недавно полученные из клиники Бельвю, позволяют с большой степенью уверенности утверждать, что его дочерью была и Анта.
Еще находясь в стенах благотворительной лечебницы после рождения Роуан, Дейрдре окончательно «лишилась разума». Она часами рыдала в пустой палате, время от времени выкрикивая одно и то же:
— Ты убил его!!!
Те же слова она повторила и в часовне во время мессы:
— Ты убил его! Ты оставил меня одну, со всех сторон окруженную врагами! Ты предал меня!
Ее буквально силой вывели из часовни и поспешили отправить в психиатрическую лечебницу Святой Анны.
К концу месяца Дейрдре впала в состояние полного ступора.
Сестра Бриджет-Мэри и по сей день уверена, что Дейрдре обращалась с этими упреками к своему невидимому любовнику.
— Разве вы не поняли? Это его, своего дьявола-любовника, она обвиняла в смерти преподавателя из колледжа и проклинала за то, что он избавился от соперника, ибо хотел, чтобы Дейрдре принадлежала только ему одному — демону, который бродит по ночам здесь, в Новом Орлеане, по улицам Садового квартала.
Согласитесь, объяснение весьма красноречивое, однако оно едва ли могло соответствовать действительности, если учесть, что никакого «преподавателя из колледжа» не существовало. Но что же — или кого — имела в виду Дейрдре? Неужели это Лэшер столкнул Кортланда с лестницы или напугал его так сильно, что тот упал сам? А если да, то почему?
Фактически на этом и закончилась жизнь Дейрдре Мэйфейр. В течение следующих семнадцати лет ее перевозили из одной психиатрической клиники в другую, везде держали взаперти, подвергали бесчисленным процедурам, электрошоковой терапии и пичкали несметным количеством самых разных лекарств.
Иногда на очень короткое время она возвращалась домой, но это был уже только призрак той девушки, которую я когда-то знал…
Наконец, в 1976 году Дейрдре — измученную, постоянно напряженную, лишенную памяти бессловесную калеку с широко раскрытыми глазами — в очередной раз привезли на Первую улицу, и с тех пор она не покидала особняк.
